– Эли, милая, ты, наверное, не узнала меня? Это я, твой дедушка! Ничего не бойся и прекрати бросаться чем попало, так ведь можно голову ненароком разбить!
– Я узнала тебя, бесстыдный развратник! И я действительно хочу разбить твою, потерявшую разум голову, потому что ты это заслужил своим отвратным поведением и грязными помыслами.
– Душа моя, о чём ты говоришь? Разве может быть грязной любовь, которую я питаю к своей единственной и ненаглядной внучке? Вот даже среди ночи пришёл полюбоваться тобой, а ты спросонья повела себя так, будто в твою опочивальню ворвался разбойник. Успокойся, моя принцесса, всё хорошо!
– Уж лучше бы на твоём месте оказался разбойник, – с горечью ответила Эльнара. – Я, конечно, замечала, что в последнее время ты вёл себя довольно странно, но всё-таки надеялась, что я ошибаюсь относительно тебя. Мне было так больно расставаться с мечтой о семье и домашнем уюте… А ты обманул мои надежды, прокравшись сюда посреди ночи и обнажив моё невинное тело с явно греховными желаниями и нечистыми помыслами! Мне стыдно за тебя! Но что произошло, то произошло, ничего уже не изменишь. На рассвете я покину твой дом, и мы забудем о существовании друг друга, как если бы никогда и не встречались в этой жизни.
– О каком невинном теле ты говоришь? – внезапно расхохотался оправившийся от испуга Сатар. – Вот никогда бы не подумал, что моя прекрасная внучка умеет так искусно лгать! Можешь ли ты себе представить, что на усеянном звёздами небосклоне вдруг появилось солнце? Ты скажешь: «Так не бывает», верно? Вот такими же несовместимыми понятиями являются «невинность» и ты!
– Как ты смеешь так говорить?! – возмутилась Эли.
– Возмущаться должен я, твой дед! – невозмутимо ответствовал мужчина. – Моя родная внучка, не будучи замужем, уже была в близких отношениях с мужчиной и, может быть, даже не с одним, правда, при этом сохранила девственность. Где такое видано? Позор на мою седую голову! Однако, узнав об этом, как благородный человек я ни словом не попрекнул тебя. Наверное, зря. Теперь же ты мне рассказываешь сказки про свою невинность, и ещё смеешь возмущаться по поводу моего действительно невинного занятия. Да, мне, как мужчине, приятно видеть красивое юное девичье тело. Что ж тут плохого или грешного?
– Ты же мой дед, – прошептала потрясённая Эли.
– Сначала я – мужчина, а уж потом – дед, – нагло заявил Сатар.
– Как ты узнал?.. – Эльнара смущённо запнулась.
– О том, что ты не совсем девушка? – ухмыльнулся догадливый дед. – Очень просто! Когда тебя в бесчувственном состоянии подобрали на улице и доставили в мой дом, ещё не зная, кто ты, я, огорчённый увиденными на тебе вещами моей покойной дочери, но вместе с тем, поражённый в самое сердце твоей необычайной красой, велел одному сведущему человеку тщательно осмотреть тебя, так как намеревался сделать тебя своей наложницей и хотел знать о тебе, как можно больше. Вот тогда-то всё и выяснилось, а ты тут рассказываешь сказки о своей невинности!
– Я не намерена оправдываться и что-то объяснять! – возразила девушка: Но я считаю себя всё-таки невинной, во всяком случае, моя душа ничем дурным не запятнана. И потом, я никогда никому не позволяла и не позволю вмешиваться в мою жизнь!
– Так наивно рассуждать ты могла до встречи со мной, – заметил высокомерный перс. – А теперь я – полновластный хозяин твоей судьбы!
– Я уйду от тебя, – гордо ответила Эльнара, – как уходила от других бесчестных людей, пытавшихся надругаться над моей душой или телом.
– От меня никто ещё так просто не уходил, – ответил Сатар. – Я запру тебя в этой комнате до тех пор, пока ты не смиришься со своей судьбой, Эли, а потом увезу тебя в Персию, где никто не будет знать о том, что мы близкие родственники, после чего женюсь на тебе. Ты будешь жить в прекрасном доме, окружённая уважением и почётом. Что ещё нужно для счастливой жизни?
– Любовь, – коротко молвила девушка, потрясённая просто не укладывающимися в голове рассуждениями родного деда.
– Я люблю тебя, – живо ответил Сатар, – а со временем и ты полюбишь меня. У тебя нет другого выхода, милая.
После этих слов он попытался обнять Эльнару, но она, вздрогнув всем телом, словно от укуса змеи, сначала резко отшатнулась в сторону, а потом дала зарвавшемуся деду короткую, но сильную пощёчину. Разозлённый её неповиновением, он больно схватил Эли за волосы, пытаясь повалить на постель, но каким-то чудом ей удалось вырваться. Не теряя драгоценного времени, она быстро подбежала к занавешенной роскошным ковром стене, на котором висели вложенные в изящные ножны несколько клинков. Выхватив один из них, она тяжело перевела дыхание и, сверкая своими дивными очами, хрипло произнесла:
– Не подумай, что хвастаюсь или лгу, но однажды в такой же ситуации мне пришлось отправить одного очень настойчивого мужчину на небеса. Поверь на слово, моя рука не дрогнет! Я сумею защитить свою честь, потому что она для меня – превыше всего на свете. Уходи!
