– Я не собираюсь лезть в твои дела, но все‑таки – почему?
Арика, со слегка виноватым видом, махнула рукой:
– Ну их, этих идиотов. Мой новый парень – Тимиен – боится тебя до одурения. И не соглашается сюда приходить. Даже звонить. А у него пара крошечных комнаток – я туда не хочу.
Жорот усмехнулся:
– Это поэт, светленький такой?
– Он.
– Ты уверена, что он не будет против присутствия Роджера?
Арика скривилась и мрачно буркнула:
– Умный, да? Мы с ним уже поспорили по этому поводу.
– И ты настояла на своем?
– Да.
Жорот покачал головой:
– Не говоря о том, что он может ревновать тебя к Роджеру, вероятно возникновение повода для ревности с твоей стороны. Настаивая на уединении, он, скорее всего, хочет оградиться от соблазна.
– Не выдумывай. Роджер никогда…
– Тогда, рано или поздно, между ними возникнет напряжение, вероятна конфликтная ситуация. Конечно, не с посылки Роджера, но тебе‑то все равно из‑за кого трепать нервы. Я ни в коем случае не хочу сказать ничего плохого о Тимиене, но пойми, он – поэт, существо эмоциональное и легковозбудимое. На него даже обижаться по таким поводам нельзя.
– Сам ты существо. Вот так тебе что‑нибудь и рассказывай, – вздохнула она, – То есть, по‑твоему, надо Роджера оставить у тебя?
Мрачный тон Арики говорил сам за себя, и колдун мягко сказал:
– Хотя бы позаботиться, чтобы они как можно меньше встречались.
– Ясно, – обреченно кивнула женщина. – Спасибо за совет.
– Счастливо, – вероятно, считая тему исчерпанной, Жорот вернулся к своему занятию.
Арика, добравшись до своей комнаты, плюхнулась в кресло и мрачно взглянула на вошедшего Роджера.
– Что‑то случилось?
– Да так. Жорот предсказывает сексуальный интерес Тимиена к твоей персоне и, в случае его неудовлетворения, возникновение общего напряжения вплоть до конфликта. Я так думаю, что в случае удовлетворения ситуация будет не лучше, – неохотно закончила она.
– Извини, но если говорить откровенно, то последний упомянутый тобой вариант ты просто не потерпишь.
Арика сверкнула на Роджера глазами, потом покраснела.
– Это нормально – зря ты смущаешься, – спокойно заметил тот. – Я постараюсь, чтобы до подобного не дошло. Во‑первых, дам Тимиену установку на меня как на очень ограниченного слугу, с которым даже поговорить не о чем. Это должно его охладить. Во‑вторых… Ты что?
Арика тихо стонала от смеха. Роджер, присев рядом прямо на пол, стал дожидаться, пока она успокоится.
– Что верно, то верно! Тимиен слишком уважает себя, чтобы лечь в постель с дураком или дурой, – она язвительно усмехнулась. – Просто трахаться ему мало, он еще хочет в перерывах развлекаться интеллектуальной беседой.
Роджер пожал плечами:
– Как будто ты не такая, – он уклонился от брошенной подушки.
Арика, не сильно огорченная промахом, пожала плечами:
– Да такая, такая. Просто у меня только сейчас это сформулировалось. Забавно.
– Во‑вторых, чем меньше мы с ним будем встречаться, тем лучше.
– Ладно, там посмотрим. Поехали?
Продрав глаза, Арика взглянула на часы. Ничего себе! Она повернулась к Тимиену и тронула его за руку:
– Вставай, соня!
Тот с неохотным стоном открыл глаза:
– Что еще такое?
– Не «что», а «сколько» – половина первого!
– Нормально, – пробормотал тот, попытавшись опять завернуться в одеяло.
– Ага, значит, в свой поэтический клуб ты сегодня не пойдешь? Потому что с твоей скоростью ты только‑только успеваешь одеться и что‑нибудь проглотить!
Стянув с Тимиена одеяло, Арика убежала в душ. Судя по ворчанию, доносившемуся из спальни, тот пытался вытащить свое бренное тело из кровати – в первые полчаса после пробуждения Тимиен был абсолютно непереносим.
Завернутая в полотенце, Арика вышла из душа, откидывая назад мокрые волосы.
– О, ты уже встал? – ехидно удивилась она, дотягиваясь до расчески. – За какие‑то двадцать минут!
Вместо ответа Тимиен обнял ее, и игриво запустил пальцы под полотенце. Арика, усмехнувшись, шепнула ему на ухо:
– Я, конечно, «за» руками и ногами, но как же презентация?
Тимиен скривился, но, взяв полотенце и ворча что‑то под нос, пошел в душ. Арика, проводив его взглядом, чуть вздохнула и пожала плечами: еще пару месяцев назад даже презентация очередной книги Тимиена не помешала бы. «Значит, я рассчитала все верно – вот‑вот душа поэта не выдержит однообразия», – философски подумала она. И улыбнулась про себя: Тимиен даже не подозревает, что она оставит себе в память об их связи.
После завтрака Тимиен ушел в свой клуб, а Арика, поднявшись на второй этаж, толкнула дверь комнаты Роджера. Тот сидел за компьютером. Услышав стук двери, Роджер поднял глаза.
– Добрый день.
– Привет. Я к Жороту в гости. Хочешь со мной?
Он улыбнулся, вставая:
– Конечно.
Подойдя к машине, Арика, вопреки обыкновению, кивком указала Роджеру на водительское сиденье. Выводя машину из гаража, он поинтересовался:
– Ты неважно себя чувствуешь?
– Нет, все нормально, – удивленно ответила женщина.
Быстрый взгляд Роджера и молчаливое пожатие плечами заставили ее задуматься:
