[2]«
Русалка в лондонском метро
Мой дорогой и наверное единственный друг в целом мире, в твоем письме одновременно счастливые и грустные нотки. Анара, я рада, что ты встретила датчанина, ведущего образ жизни, о котором мы можем только мечтать. Кажется, нас лишили невинности еще задолго, до того как мы ее потеряли, и только мы одни знаем эту позорную правду. Верю, что датчанин был хорошим. Но не могу понять, что же произошло с тобой той ночью? Почему у тебя была паранойя и агрессия? Обычно, паранойя бывает у меня.
Наверное, причиной твоей паранойи была трава, а не что-то другое. Трава тоже раньше вызывала у меня паранойю, но потом я привыкла и сейчас могу быть обкуренной и счастливой. Ну, счастье, конечно же, преувеличение. Скажем, у меня просто больше нет паранойи.
Прекрасно знаю, как наркотики влияют на нас и часто вижу, как люди теряют сознание, ориентиры, здравый смысл, не понимая, что с ними происходит. Пожалуйста, не кури больше, если трава так плохо на тебя действует. И напиши подробнее, что произошло в той квартире в Роскильде.
В то время как пишу, вспоминаю, какой сильной ты всегда была. Серьезность и внутренняя сила под ангельским лицом. Я этим восхищалась. Ведь ты казалась такой хрупкой для неискушенного глаза. Но внутри тебя бьется сердце воина.
Один англичанин спросил однажды, почему женщины из восточного блока, из такого ужасного, серого места, такие красивые. Я ему только улыбнулась, поблагодарив за комплимент. А сейчас я бы сказала: «Потому что это единственная валюта, которая у нас есть». Иногда думаю, а стоит ли она вообще чего-то эта наша хваленная валюта.
Помню твое доброе лицо, когда тебе сказали, что я буду жить с тобой в комнате в лагере для беженцев в Дании. И благодарю тебя за то, что снесла свою судьбу, которая в очередной раз сыграла с тобой злую шутку. Как ты, такая воспитанная и из такой хорошей семьи, могла проводить время со мной? Ты никому никогда не жаловалась, хотя у тебя было достаточно причин. Я будила тебя посреди ночи своими танцами. И прерывала твою учебу, одеваясь как датчанка и имитируя датских девушек. Я воровала в магазинах одежду, которая должна была быть куплена датчанками. Я хотела, чтобы они, эти датские девушки, хоть чуть-чуть почувствовали мою боль, потому что у меня было украдено детство, юность, счастье и невинность. После моих представлений у меня начиналась паранойя. Очень боялась, что в лагере узнают о том, что ворую и меня выгонят. В никуда. Но ты всегда меня жалела и успокаивала.
Я завидовала тебе. Ты могла управлять своей жизнью. У тебя всё было под контролем. В то время как у меня… А я, собственно, ничуть не изменилась. Любовь к тебе всегда будет маяком. Моя былая к тебе зависть переросла в любовь. Иногда кажется, что те шесть месяцев, которые мы провели в Дании, могли бы быть адом, если бы не твое терпение и мудрость. И, конечно же, твое сердце воина.
Хочу повеселить тебя своим письмом. Когда села писать, хотела поднять тебе настроение. Мне так нравится, когда ты смеешься. У тебя заразительный смех, как у умных людей с добрым сердцем. Надеюсь, мое письмо тебя рассмешит. А я буду писать, слушая эхо твоего смеха, как успокаивающую колыбельную из детства, знаешь ту, которая всё делает лучше.
Недавно участвовала в отборочном конкурсе для ролика с рок-группой. Знаешь, как я люблю танцевать. Всё бы отдала, чтобы только выбраться из модельного бизнеса. Да, конечно, всё это модное пустозвонство полно гламура. И моделям хорошо платят, если повезет получить много контрактов. Но чувствуешь себя вещью, а не человеком. Ненавижу, когда дизайнеры подходят к нам и говорят: «У нее ноги растут не в ту сторону». Или: «У нее слишком длинная шея». Меня постоянно обмеривают и шепчут: «Она поправилась». Или: «У нее нет груди». Или: «У нее слишком выпирает задница».
Эй, вы, у меня, между прочим, есть уши! Я же все-таки живой человек! Один дизайнер сказал как-то: «Ее грудная клетка должна быть по-другому расположена». Еще никого не видела с грудной клеткой, которая по-другому расположена. Может ее надо надеть себе на голову или обернуть вокруг плеч, как накидку?
Ты бы только послушала этих людей, которые считают себе экспертами! Они говорят о вещах как о людях, а о моделях как о вещах. Но достаточно мне ворчать.
Вернусь к отборочному конкурсу для ролика с рок-группой. Случайно узнала об этом конкурсе, когда две модели говорили между собой в гардеробной. Обычно я прикидываюсь, что плохо говорю по-английски. Это часто помогает, так как люди откровенничают при мне, думая, что я ничего не понимаю. Нашла газету, в которой было написано, где именно пройдет конкурс. И на следующий день пришла по указанному адресу, удивив коллег-конкуренток. Тема — морская, модели должны были сами принести свой костюм. Мне повезло, у меня уже был костюм.
