Намъ предоставлена полная свобода въ употребленіи нашего времени, такъ какъ никто не контролируетъ, наше поведеніе. Я помню, ты мн часто говорилъ, что единственная дйствительная дисциплина — та, которую мы сами налагаемъ на себя. Профессора нашего университета вс люди очень ученые; но мн часто стоитъ большаго труда слдить за нитью ихъ мыслей. Во первыхъ, эти мысли сами до себ не всегда, какъ мн кажется, бываютъ ясны; во вторыхъ мн боле чмъ кому либо трудно понимать ихъ, такъ какъ я не привыкъ думать по нмецки. Но что меня боле всего удивляетъ такъ это ничтожность платы, которую получаютъ эти знаменитые ученые, если судить по ихъ скромной наружности, образу жизни и потертому даже грязному платью. Эта бдность меня трогаетъ и увеличиваетъ то уваженіе, которое внушаютъ ихъ познанія. Я вижу въ нихъ людей, которые служатъ наук, не рада богатства и матеріальныхъ наслажденій, во ради высшаго наслажденія, которое она доставляетъ уму. Одни говорятъ свои лекціи; другіе, по большей части, читаютъ ихъ по тетрадямъ. Студенты же слушаютъ и записываютъ.
Долженъ ли я домогаться отвта? или напротивъ, не отказать ея ли мн поднять завсу, скрывающую отъ меня вчность, и обратиться исключительно къ позитивнымъ выводамъ науки……
Боле чмъ когда нибудь я нуждаюсь въ твоихъ совтахъ и знаніи. Кого кром тебя могу я просить быть моимъ руководителемъ?
Вс студенты университета учатся владть оружіемъ. Въ этомъ я слдую ихъ примру и отдаю часъ или два въ день фехтованію. Это упражненіе превосходно для развитія членовъ. Сверхъ того меня увряютъ, что хорошихъ бойцовъ всего рже вызываютъ на поле дуелей, и не готовясь въ рыцари святаго Георгія, я бы желалъ оказать успхи въ фехтовальномъ искуств, хотя бы дли того, чтобы избавиться отъ частыхъ вызововъ на дуель.
Вызовы между студентами здсь очень часты; дерущіеся бываютъ иногда ранены; вр, благодаря Бога, рдко случается, чтобы они бывали убиты. Они отдлываются царапинами на лицахъ; шрамы, часто страшные, служатъ и между студентами, и въ глазахъ прекраснаго пола почетнымъ отличіемъ.
12-го августа 186…
Ты отгадалъ мои намренія: я хотлъ, чтобъ ты самъ былъ судьею въ дл своихъ убжденіи. Обыкновенно это бываетъ на оборотъ. Не успетъ ребенокъ родиться, какъ ужъ его родители опредляютъ весь складъ его убжденій.
Подъ тмъ предлогомъ, что онъ еще не въ состояніи имть собственнаго голоса, родители берутъ на себя трудъ высказаться за него. Но тутъ представляется вопросъ: даровавъ жизнь другому существу, слдуетъ ли отнимать у него свободу? Разность чувствъ и мыслей запутываетъ въ наше время еще боле отношенія домашнихъ авторитетовъ и порождаетъ несогласіе въ семейств. Очень часто въ религіи отецъ отвергаетъ то, чему вритъ мать. Что же выйдетъ изъ ребенка, поставленнаго между этими двумя вліяніями? Онъ будетъ олицетвореніемъ нашего вка: т. е. существомъ нершительнымъ и слабымъ. Сколько встрчается людей, которые составляютъ себ убжденія изъ обрывковъ самыхъ разнородныхъ врованій и идей. Другіе длаются скептиками, не переставая быть суеврными, Во всемъ безсвязность, противорчіе, хаосъ. Благодаря Бога, ты не зналъ этихъ испытаній. Какъ и вс другіе, я имю свои убжденія о религіозныхъ, или философскихъ доктринахъ, раздляемыхъ людьми. Мои образъ мыслей не обязываетъ тебя ни къ чему, и ты не долженъ руководиться имъ. «Чти отца твоего и мать»; но слушайся только своей совсти. Ты свободенъ, слдовательно, самъ долженъ искать истину со всмъ жаромъ мужества и безпристрастія.
