Глоу закашлялся, по его телу прошла судорога, но взгляд стал более осмысленным.
— Брайд? — он беспрестанно облизывал спёкшиеся губы. — Ты тут?
Брайд коротко кивнул, отпихнул сунувшегося было с ножом Кэддока — верёвки перерезать — и повернулся к Сайору.
— Твой жезл, надеюсь при тебе?
— Разумеется, — дознаватель смотрел без всякого выражения.
Брайд нагнулся над магом и, чётко проговаривая каждое слово, спросил:
— Говорить можешь? Нормально?
— Пытать собираешься? — прохрипел Глоу и попытался ухмыльнуться.
— Мне нужна правда. Такая, чтобы я поверил.
— Тогда пытай, — снова закашлялся опциан. — Иначе не поверишь ведь…
Брайд обвел взглядом своих спутников. Свой отряд. И на миг ему показалось, что вот это уже когда-то было. Лица тех, кому он не доверял. Старательно отводимые глаза. Напряжённые позы людей, ощущающих угрозу. От него?
— Цептор Дилвин, — сказал Брайд. — Готовьтесь провести допрос офицера-опциана Глоу согласно протоколу. Остальных прошу отойти к дальним дверям.
— Расскажи всё, что помнишь с самого начала. С момента своего исчезновения в пещерах.
Брайд возвышался над лежащим магом, а Сайор сидел с ним рядом на корточках и смотрел в пол, рассеянно поглаживая подушечкой большого пальца полностью заряженный жезл.
— В пещерах я шёл с грантами, — начал Глоу. — Сначала. А потом…
Он поморщился, чуть помотал головой и застонал, видимо потревожив разбитый затылок.
— А потом я не помню. Стало вдруг очень холодно и темно, как в полынью провалился… И очнулся уже тут. В клетке. Полагаю, угодил в магическую ловушку.
— Которую не почуял ни ты, ни эвокаты, — спокойно уточнил Брайд. — Раскидывающие сеть на каждом шагу.
— Ну так и есть, — Глоу попытался пожать плечами. — А объяснений нет.
— Попробуем найти? Сайор.
Брайд смотрел на то, как корчится под жезлом Глоу и не чувствовал ничего, кроме всё той же холодной ярости. И даже искомая правда не будила в нём любопытства. Посчитав воздействие достаточным, он жестом остановил дознавателя.
— Появились? Объяснения? Догадки?
Глоу слизал каплю крови из лопнувшей губы и, восстановив дыхание, ответил:
— Нет. Я не знаю!
— Говори дальше. Что помнишь и знаешь. А дознаватель будет помогать тебе вспоминать при необходимости.
Сайор работу свою знал. Поднатаскался за время службы под началом опытного Мастера Вопросов. Умел ударить жезлом так, что боль становилась резкой и короткой, но почти невыносимой, а мог и растянуть её в долгую, нудную волну, которая вынуждала тело беспомощно выгибаться в путах. Использовать боль как напоминание или как наказание за сомнительный ответ.
Брайд позволил Сайору продемонстрировать и то и другое, прежде чем тоже сесть рядом с головой мага и, сжав пальцы на его шее, тихо произнести:
— Ты не будешь врать мне, Глоу. А я не буду больше пытать тебя. Просто собери Силу и прочти меня. Сейчас. Я откроюсь. Ты увидишь на что я готов, чтобы не слышать больше ни одного слова лжи.
И Глоу подчинился. Было ли это ещё большей пыткой для измученного мага, Брайд не знал, но когда присутствие чужой Силы в разуме иссякло, опциан заговорил собранным и сухим тоном, словно проводил доклад на военном совете:
— Нас держали тут несколько дней, как я думаю. Почти не кормили. Пленниками были в основном хунны из тех, что прятались в здешних лесах. Почти все — хунны. Кроме двоих случайных бродяг или разбойников, я не понял.
— Кто были вашими похитителями?
— Маги. Двое тинктаров, Оракул, несколько культистов Итхелу. Трое, кажется. Или четверо.
— Тинктары вместе с культистами, — мрачно заметил Брайд. — Продолжай.
— За это время увели двоих вон за ту большую дверь. Что там, я не знаю. Они не вернулись. С нами никто не говорил. Приносили воду, раз в день немного хлеба. Я пытался заговорить с одним из тинктаров, меня избили плетью, вот и весь разговор.
— Что с твоей Силой? Почему ты не использовал её?
— Не мог, — впервые отвёл глаза Глоу и его лицо перекосилось, словно Сайор коснулся снова своим жезлом. — Можешь не верить, но пока я был тут — я был пуст. Словно из меня всё выкачали.
— Но сейчас же не так? Ты смог читать меня, — нахмурился Брайд, и опциан вздрогнул и ответил торопливо.
— Не так. Почему — не знаю. Видимо, когда не стало Оракула, всё вернулось.
— Не стало? Почему не стало ваших тюремщиков и как именно не стало? Что здесь случилось?
Глоу снова дёрнулся.
— Брайд. Я правду говорю. Прошу, поверь.
— Так говори, — холодно отозвался Брайд.
— Потом сюда ворвались дахака. Пленных перерезали во славу Руна, а всех магов — и Оракула, и тинктаров, и культистов пленили и увели.
— Вот просто взяли и увели магов?
— Не просто, — вскинулся Глоу. — Был бой. Или что-то вроде этого. Но очень короткий. Дахака было много и командиром был у них Тень над Тенями. Ниранн Вирот. Брайд, он маг немыслимой силы, ты же знаешь… Не было шансов. Да он просто смёл всю защиту, а Оракула обезвредил первым. Потом велел забрать магов, а пленников скормить Руну.
— И самый важный для тебя вопрос, Эрк, — усмехнулся Брайд. — Как ты выжил?
— Так Вирот приказал связать меня и оглушить.
