Лиловое пламя портала — нет, десятков таких же порталов — рванулось во все стороны. Брайд видел поселения, города, охваченные щупальцами дикой, освободившейся магии, как будто сама ткань реальности разорвалась и разошлась неровными краями. Слышал рёв ураганных ветров, подхватывающих эти обрывки и уносящих их куда-то вместе с каменными башнями, стенами, домами и людьми. Сотнями людей. Их крики перекрывали даже завывание ветров и грохот падающих камней. Дурная, незнакомая и очень жадная Сила пожирала всё вокруг, не перебирая.
Он пытался остановить. Честно пытался. И даже сожалел в какой-то мере. Но осознав тщетность попыток, просто наблюдал. С ужасом и некоторым осторожным восхищением, а в голове уже созревал план. Такая жертва не должна пропасть зазря. Она послужит первым камнем в храме, который будет возведён. Неудачу всегда можно обернуть на пользу. И, возможно, неудача обернётся триумфом. Как уже было не раз в его долгой, очень долгой жизни.
Никто и никогда не делал того, что удавалось ему. И эту дикую магию, порождённую его Силой и заточённой до сей поры энергией Преддверий он тоже сумеет подчинить себе. Когда-нибудь сумеет.
— Это только начало, — прошелестел в голове голос ксенота, и Брайд вздрогнул от неожиданности.
— Кто я? — прошептал он, разом теряя связь с чудовищем, которое сотворило то, что он видел.
— Тебе решать, — отозвался ксенот, исчезая.
***
Утром хуже не стало. Утром стало по другому. Брайд лениво смотрел, как его спутники сворачивают лагерь и так же лениво пытался нащупать в себе отголоски переживаний, связанных с ночным видением. И не находил.
Прошлое, что показал ему ксенот было ужасающим. Жестокая Запретная магия уничтожила огромные территории, превратив их в нынешние Пустые земли, а тот кто это сделал, жил в голове у Брайда. Это факты. А вот чувств как будто и не было. Должно быть в любом кошмаре наступает предел, после которого всё начинает восприниматься… обыденным. Человек привыкает ко всему. Даже к безумию. К нему, наверное, ещё и проще привыкнуть. Какой спрос с умалишённого?
— Выступаем? — хмуро спросил Тахори, как-то странно поглядывая на Брайда.
— Погодите, — сказал Брайд. — Тайлисс, отойдём-ка.
Обогнув Камень, они остановились в его тени. Стрега смотрела на эмиссара с лёгкой тревогой, но спрашивать не решалась, ждала когда он заговорит.
— Энфис говорил, что с усилением нашей связки, мои видения будут меньше терзать меня, — проговорил Брайд. — Этого не произошло. Видения усиливаются с каждым разом. Почему?
— Не знаю, — отвернулась Тайлисс. — Должно быть, он ошибался. У тебя опять были видения? Ночью?
— А ты их даже не чувствуешь? — усмехнулся Брайд. — Чудесно.
— Думаю, что Энфис ошибался, — повторила стрега с нажимом. — Дело не только в том, что к тебе приходят чужие воспоминания, дело в том, что кто-то или что-то желает, чтобы они приходили. Кто-то со стороны.
— Поясни.
— Помнишь, когда я читала тебя по твоей просьбе, я сказала, что чую стороннюю магию?
Брайд хмыкнул и насмешливо ответил:
— Помню. А потом Энфис высмеял меня и тебя заодно, сказав, что ты не слишком разбираешься в ментальной магии. Врал?
Тайлисс снова посмотрела на него и нервно облизнула губы.
— Не думаю. Ошибался. Даже он может ошибаться, Брайд.
— Да ну? Я-то вообразил, что Серп-Легат каждым словом выдаёт только непреложные истины.
— Серп-Легат выдаёт то, что хочет выдать.
Губы стреги чуть дёрнулись в слабой улыбке.
— Он мог и сам не знать. Не увидеть, конечно, не мог, но либо счёл это не подлежащим обсуждению с тобой, либо решил разузнать подробнее. Отчитываться он точно бы не стал, ты разве не привык ещё?
— Твоё восхищение своим хозяином впечатляет, Тайлисс. Такая преданность.
Не хотел показывать досаду, но яд в словах скрыть не смог.
Стрега вдруг вскинула глаза, вздохнула и сказала просто и прямо:
— Я люблю его. Очень давно. Так давно, что даже не помню когда это началось. Для меня — всегда. Это было всегда.
Брайд слегка опешил. Вот уж точно признаний от скрытной стреги он не ожидал, тем более таких. Любить Энфиса… Похоже, безумен здесь не он один.
— А… Он? — чувствуя себя очень глупо, спросил Брайд.
Тайлисс коротко хохотнула, снова став той самой Тайлисс, которую Брайд не видел уже очень давно. И понял вдруг, что соскучился по той. Внезапно.
— Брайд, ну кого может любить Серп-Легат? Смешно.
— Смешно, — согласился Брайд. — Можно я не буду это обсуждать?
— Можно, — кивнула Тайлисс. — Сама не горю желанием выворачивать шкуру. Тем более, что вряд ли в твоих глазах любовь — это оправдание моих проступков перед тобой.
— А зачем тогда сказала?
— А захотелось. Чтобы ты удивился и забыл о чём ещё собрался расспрашивать.
— Плохая тактика. Не сработало. Что такое Преддверия?
Тайлисс на мгновение замерла, пожала плечами и ответила:
