Между тем, потеряв Нила из виду, роботы переключились на Дэйна, правда и он на открытой местности оставался недолго, найдя укрытие за сошедшей с рельс перевёрнутой вагонеткой. Оценив обстановку, эмиссар попытался найти выход из столь непростой ситуации. Можно было направить на роботов огненный сгусток, спровоцировав взрыв. Каким бы жаропрочным не был металл, из которого сделаны механические враги, от магического огня их это не убережёт. Проблема была в том, что роботы не сбились в одну кучу, а передвигались по тоннелю на приличном расстоянии друг от друга. Одного или двух противников огонь прикончит, но до остальных, скорее всего, не дотянется.
Между тем, один из роботов, израсходовав патроны, сменил пулемёт на дальнобойный огнемёт, выпустив в укрытие Дэйна длинную струю пламени. В тоннеле стало очень жарко. Даже притаившийся Нил, боявшийся издать лишний звук, это ощутил. Лишь чудом не поджарившись, Дэйн понял, что выход всего один — использовать жемчужину. Оставалось только определить, какую именно: чёрную или белую. Немного подумав, эмиссар сделал выбор в пользу белой, опасаясь, что стихийная магия может спровоцировать обрушение, и он сгинет под завалами. Использование белой жемчужины сопровождалось довольно болезненным жжением в районе запястья, но это происходило далеко не в первый раз, и к этому неприятному ощущению Дэйн успел привыкнуть.
Эмиссара окружил невидимый барьер, под защитой которого обнаживший клинки Дэйн бросился в атаку. Сами гладиусы тоже были не простым оружием, а заговорённым. Благодаря печати одного эльфийского оружейника на рукоятке, клинки могли разрубить всё, что угодно, будь то камень, сталь или даже алмаз. К сожалению, использовать эту способность на постоянной основе было нельзя. Каждый раз, когда гладиусы перерубали что-то, чему не смог бы причинить вред обычный клинок, печать на рукоятках постепенно стиралась, и со временем исчезала.
На выскочившего из-за вагонетки Дэйна тут же обрушился самый настоящий свинцовый дождь. Соприкасаясь с барьером, пули падали на землю подобно надоедливым мошкам, бьющимся о стекло. Не смогли через него пробиться и струи пламени из огнемётов. Добравшись до противников, Дэйн закружился в смертоносном грациозном танце. Лишая врагов конечностей, эмиссар перескакивал от одного противника к другому. Спустя тринадцать секунд всё было кончено.
Как только шум выстрелов стих, ничего не понимающий Нил не рискнул высунуться из-за укрытия. Лишь когда к его пристанищу подлетел сгусток магического пламени, мальчик всё же осторожно выглянул из-за угла, заметив целого и невредимого Дэйна. Смертоносные боевые роботы, которых в Пустошах боялись сильнее, чем заразных мутантов, превратились в металлолом. Все до единого. А на их убийце не было ни царапины. Расскажи ему об этом кто-нибудь, Нил ни за что бы ему не поверил, посчитав услышанное бредом. Но не верить собственным глазам было сложно.
— Как… что… Кто ты такой? — спросил ошарашенный Нил, едва Дэйн убрал клинки в ножны.
Подошедший эмиссар не удостоил мальчишку ответом.
— Отведи меня на поверхность, ответь на несколько вопросов, и можешь быть свободен, — вместо этого пообещал Дэйн.
Осмыслив услышанное, мальчишка нерешительно кивнул.
Исчезновение Дэйна не осталось незамеченным. Бандиты тщательно осмотрели депо, но нашли лишь вскрытую оружейку и вырубленного охранника. Пленника же и след простыл. На пропажу Нила никто внимания не обратил. Подобно бродячему коту, мальчишка любил целыми днями где-нибудь шляться, а возвращался лишь затем, чтобы поесть и поспать. Не выкинули его до сих пор из банды лишь благодаря умению Нила незаметно пробираться на неподконтрольную «Стальным крысам» территорию, подслушивать разговоры тамошних обитателей, подмечать всякие разные интересности и собирать слухи. А ещё потому что Лэнс успел привязаться к этому пацану, хотя признать это вслух главарь «Стальных крыс» был не готов.
Допросом пришедшего в сознании Пита Лэнс занялся лично. Ассистировали ему двое здоровяков, намявшие предателю бока, а заодно выбившие пару зубов. Присутствовала на допросе и Барбара, хотя необходимости в этом не было. Поначалу предатель всё отрицал, утверждая, что девушка его оговорила, и вообще она его соблазнить пыталась, но прозвучало всё это очень неубедительно. После того как ему разбили нос, и пообещали кастрировать, предатель всё же раскололся. Оказалось, что Митч и Пит действовали не по своей инициативе. Попытаться устроить переворот их убедили члены группировки из соседнего района.