И вот врагов уже восемь. Так нечестно, твари! Как мне победить, если вас становится всё больше и больше? Тем не менее, руки не опускаю. Протыкаю одного гоблина, затем второго, но третий, схватив горсть земли, бросает её мне в лицо. Пока протираю глаза, вслепую размахивая перед собой мечом, вздрагиваю, почувствовав острую боль в спине, стремительно расползающуюся по всему телу. Проморгавшись, вижу окровавленный краешек сабли, торчащий из моего живота. Как только гоблин выдёргивает саблю из моей спины, пошатнувшись, роняю оружие и падаю на колени. Из открывшейся раны обильно льется кровь. Течёт она и изо рта. Боже, как же больно! Упав на бок, пытаюсь зажать рану, а другой рукой тянусь к лежащему рядышком мечу, но гоблины не позволяют мне это сделать. Один из них, злобно хохоча, отрубает мне кисть, едва я касаюсь рукоятки. Лишившись руки, во всё горло кричу от боли. Кровь из обрубка не просто льётся, а бьёт фонтаном.Продолжив вопить, замечаю, как другой зелёный уродец подходит ко мне сбоку, и заносит саблю для удара, намереваясь снести мне голову. Закрыв глаза, прикрываю лицо локтем, и готовлюсь к неминуемой смерти.
Но ничего не происходит. Топот и мерзкий смех тут же стихают, а боль исчезает. Услышав журчание воды, открываю глаза, и вижу, что лежу на земле в паре метров от реки в Священной роще. Отрубленная кисть на месте, спина и живот тоже целы. Справа от меня, скрестив руки перед грудью, стоит хмурый Найтель.
— Что это было? — спрашиваю я, поднявшись на ноги.
— Я хотел проверить, чему ты научился за это время. И результат меня крайне разочаровал. Во время тренировочных боёв с Орилом ты держался вполне неплохо. Но когда дело дошло до боя реального, ты забыл всё, чему тебя учили. Пропустил бросок земли в лицо, позволил себя окружить…
— Откуда вы знаете? Вас ведь там не было!
— Я там был от начала и до конца. И вовремя тебя оттуда вытащил. Только поэтому ты всё ещё дышишь, твоя рука на месте, а корпус цел.
С опаской поглядываю на кисть, ожидая, что она вот-вот отвалится.
— Так это всё было иллюзией? — спрашиваю я, переведя взгляд на наставника.
— Не совсем. Наша семья использует долину полуночи в качестве тренировочной арены. Все, кто там встречаются — ненастоящие. Но раны, полученные в бою с ними, вполне реальны, пока находишься в долине. Боль и увечья — это плата за ошибку. Именно это и отличает реальный бой от тренировочного. Когда знаешь, что твоей жизни угрожает реальная опасность, сражаешься в полную силу.
А ведь он прав. Ошибка в тренировочном бою на деревянных мечах чревата, в худшем случае, парой синяков и ссадин. В реальном бою приходится выкладываться по полной программе, иначе умрёшь. Прямо как я сейчас. Способность гоблинов так быстро размножаться застала меня врасплох. Я совершил несколько непростительных ошибок, поэтому бой и закончился так быстро. В следующий раз, зная, что меня ждёт, я буду осторожнее, и не позволю этим или каким другим тварям так легко меня победить.
— С долиной я всё более или менее понял. Но зачем мы пришли к реке? — спрашиваю после небольшой паузы.
— Я подумал, что после такой встряски тебе потом захочется немного ополоснуться. Можешь это сделать. У тебя есть на это десять минут.
Сказав это, Найтель разворачивается и уходит, а я принимаюсь торопливо освобождаться от одежды.
Дэйн собирался пойти к Сайнту напрямую, однако Нил сумел убедить его сначала сделать внушительный крюк, говоря, что это вопрос жизни и смерти. Если в разрушенном городе было ещё относительно чисто, за исключением парочки мест, то за его пределами то и дело попадались зоны с повышенным радиационным фоном. Заодно пришлось объяснять иномирцу, что такое радиация, и чем она опасна. Объяснение получилось немного косноязычным, но суть Дэйн уловил, про себя отметив, что радиация — это что-то вроде сильного проклятия с эффектом чумы, и что если такое проклятие подхватишь, то потом уже никак не снимешь. Так что причина делать крюк показалась эмиссару вполне оправданной.
Информацию о небольшом схроне военных Нил как-то подслушал, и сейчас опасался, что она может не подтвердиться. Ориентиром для мальчика послужил сначала перевёрнутый сломанный джип без крыши, а затем проржавевший военный грузовик без колёс и со скелетом в кабине. Забравшись под машину, и немного покопавшись в земле, мальчик отыскал люк.
— Есть! — крикнул Нил, сдвинув его в сторону.
Внимательно смотревший по сторонам Дэйн забрался под грузовик вслед за мальчиком. Спустившись вниз по лестнице, парочка оказалась в кромешной темноте.
— Подсветишь? — попросил Нил.