Далее Дэйн посетил смотровую площадку. Вариант с угоном конвертоплана выглядел более надёжным, но в то же время гораздо более рискованным и опасным. Потому что, в отличие от лодки, такую громадину незаметно из-под носа охраны никак не умыкнуть. Да и управлять этой штукой могут только местные обитатели. Придётся сначала захватить в заложники пилота, а это дополнительная головная боль. И без того непростая задача станет ещё более сложной. Но поскольку конвертоплан всего один, возможной погони точно можно не опасаться. Никакая лодка за такой махиной попросту не угонится. Да и до суши огромная стальная птица точно сможет добраться, независимо от погоды. Так что, как и в случае с лодкой, у конвертоплана были свои плюсы и минусы.
Но перед побегом сначала было необходимо вернуть браслет с жемчужинами и гладиусы. Поэтому после посещения посадочной площадке Дэйн отправился на поиски человека, забравшего наруч. Нашёл он его относительно быстро. Тот по-прежнему носил браслет на своём запястье. Для пилота это была всего лишь симпатичная безделушка, трофей с очередной вылазки. Он мог отдать наруч кому-то другому, проиграть или выбросить в воду за ненадобностью. В последнем случае, браслет будет для него навсегда потерян, и Дэйн надеялся, что до этого дело не дойдёт.
Не забыл эмиссар и про Нила. Мальчишку он отыскал на местной кухне, где тот за закрытой дверью занимался чисткой рыбы. Закончив это дело, он хотел умыкнуть ножик, но передумал. И правильно сделал. Хмурый боец, дежуривший за дверью, закончившего чистку рыбы мальчишку тщательно обыскал, разве что в трусы ему не залез, после чего увёл его с кухни. Увидев всё, что хотел, закончивший разведку эмиссар поспешил вернуться обратно в своё тело.
Сайнт — один из главных оплотов цивилизованности на континенте, а его обитатели — лучшие представители человеческого вида. Эту мысль в голову Кёртиса вбивали чуть ли не с самого детства, параллельно пытаясь внушить, что обитатели Пустошей — это люди второго сорта. Они вероломны, жестоки, и вообще им присущи все возможные пороки без исключения. Этих существ можно заставить трудиться на благо цивилизованных людей, но относиться к таким созданиям следует как к двуногому рабочему скоту. Такую мысль суровый инструктор вбивал в неокрепшие умы будущих бойцов службы безопасности.
Однако это всё работало только на словах. Но что на деле? А на деле оказалось, что цивилизованные люди от нецивилизованных не так уж сильно отличаются. Разве что одеты почище и живут в более благоприятных условиях. Ну и заодно у кого-то из них самооценка сильно завышена. Вот и вся разница. Справедливости ради, всех своих сограждан записывать в мрази Стоун не торопился, а просто констатировал, что дерьма везде хватает, и что так называемым цивилизованным людям присущи всё те же пороки, что и нецивилизованным. Сослуживцы Кёртиса наглядно ему это продемонстрировали.
Покойный Люк Реджис и Джек Фергюсон были одного поля ягоды. Нанести исподтишка удар в спину для них в порядке вещей. Да и остальные оказались ненамного лучше. Бойкот ему негласный объявили, и теперь косо поглядывают в его сторону. Да пошли они все в задницу! С другой стороны, даже хорошо, что сослуживцы от него дистанцировались. Когда гиены и шакалы считают тебя «своим», то не очень-то это приятно. Окончательного решения Кёртис пока не принял, но уже вовсю подумывал над тем, чтобы покинуть ряды службы безопасности. Такая возможность у него была.
Вдруг одна из садовниц, работающая на грядке с огурцами, схватилась за шею, упала на землю и забилась в конвульсиях. Не понимая, что происходит, Кёртис подбежал к припадочной, у которой изо рта потекла пена вперемешку с кровью. Подтянулась и парочка других охранников. Пока все трое пытались понять, что им делать, переставшая дёргаться девушка затихла. Кёртису даже не пришлось мерить у неё пульс — всё и так было понятно по остекленевшему взгляду. Охранники начали расспрашивать ближайших работников и работниц, что произошло, но вменяемого ответа не получили. Никто ничего подозрительного не видел.
Кёртис же тем временем обыскал покойницу, и нашёл в её кармане два огурца: один целый, а другой уполовиненный. Поднеся второй плод к лицу, Стоун принюхался. Запашок был так себе. Скривившись, Кёртис разломал другой овощ, и понюхал его. Пахло даже ещё хуже. Стало понятно, что девушка отравилась. Непонятно только, зачем она ела такую гадость. Ладно бы просто откусила, и сразу определила, что такой дрянью даже свиней кормить нельзя, так ведь нет, съела половину огурца или около того. Странно это как-то было. Мысли об уходе из службы безопасности временно отошли на второй план.
Не торопясь делиться с коллегами своими наблюдениями, Кёртис изучил ещё несколько огурцов, убедившись, что и они испорчены. Решив заодно проверить и другие овощи, Стоун сорвал сочную на вид помидорину, откусил от неё крошечный кусочек, и тут же выплюнул.
— Ты чего? — поинтересовался ближайший охранник.