- Не советую кстати никому рассказывать, что ты Ma'dennie Tarro. Мало ли найдётся безумцев, пытающихся это использовать.
- А ты? - серьезно спросила Эйнхери, - разве ты не захочешь это использовать, Джаред?
"Джар-р-ред". Как и все тайранцы, Агния немного смешно растягивает букву "р-р-р", отчего моё имя в её устах звучит немного по иному. Но мне даже нравится. Мне бы хотелось чаще слышать, как она называет его своим мягким, подвижным ртом.
- Я не из тех, кто седлает бурю и укрощает ветра, - покачал головой я.
И я не слукавил, почти. Нельзя заставить ветра дуть туда, куда тебе надо.... но можно заставить его работать на себя, построив ветряные мельницы.
Прощания и встречи.
Хаккен казался мне на удивление спокойным и расслабленным. Как ни в чём не бывало попивает чаёк на чужой кухне, тактично не обращая на беспорядок и живописные брызги крови на моей одежде. Я же такой спокойной не была. Меня всю трясло -- и фигурально, и буквально. Я не считаю себя трусихой, но авантюристкой и искательницей приключений я тоже не была. Бой с некромагами, пленение, клятва Смерти, появление прекрасной и ужасающей Госпожи.... А затем эта новость о Бродягах и Ткачах. Не люблю и не понимаю карты. До пятнадцати лет я жила с родителями, а они не позволяли забивать мне голову подобной ерундой. Потом же, когда пропала моя мать и я переехала в усадьбу деда, я большую часть времени общалась с мальчишками, тогда как гадание на картах всегда было девчачьей забавой. Да мне и гадали то, до того злополучного предсказания в Истике, всего лишь один раз -- предсказали, помниться, двое детей, высокого мужа-блондина и любовь "одинокого короля". Ничего из этого, понятное дело, не сбылось, и вряд ли сбудется. А теперь.... Нет, нет -- я не выдержу еще одной встречи со Смертью. Я не удержусь -- уйду за ней. Как ушел Анхельм, оставив меня одну.
Анхельм, Хельмин, Хель Пустынник. Гениальный, безумный, опасный.... Как так получилось, что Хель Пустынник служит во благо Тайрани и подчиняется Грегору Нортону? Или, напротив, Нортон подчиняется ему? Скорее второе. Но тогда что ему нужно? Возможно, он так же как и Асет Орани мечтает привести мир к хаосу и разрушению. Это более чем соответствует образу легендарного некромага, создаваемому народной молвой и легендами. Но моё личное впечатление было другим -- для меня Анхельм был внимательным, мудрым, не всегда рассудительным, но никогда эгоистичным. Он заботился обо мне. И он ушел вместо меня вслед за Смертью. Открывающий Пути -- да, это подходило ему.
Но была ли я настоящей Повелительницей Перекрёстков? Так назвала меня Смерть -- а она никогда не врёт и не ошибается. Только вот какая-то дурацкая из меня Повелительница выходит, всё что я умею -- это только сомневаться и колебаться в принятии важных решений. Бежать от правды, плыть по течению, подчиняться, пусть и неохотно, чужой воле. Если я действительно одна из Бродяг -- то этому миру придётся несладко случись что. "Случись что" - это если неведомые Ткачи не справятся, и всё полетит верх тормашками. А судя по последним событиям, всё к этому и идёт.
Скольжу взглядом по лицу некромага. Вот уж удивительная способность Хаккена всегда сохранять присутствие духа и не выдавать свои чувства, которые, я надеялась, у него всё же были. Он даже в магическом поединке сражался так же, как сейчас пьет чай -- с вежливым, несколько отстраненным выражением усталости от всего мира на лице. Или просто усталости -- с ним не поймешь.
- Ну так что? - прервал мои мысли некромаг. - Расскажешь о том, как познакомилась с Хелем Пустынником?
Я морщусь:
- Не могу, это государственная тайна. Хотя могу честно тебе признаться -- я даже не подозревала, кем он был до этого дня.
- Не знала, что он был некромагом? - нотка недоверия в голосе.
- Не знала, что он тот самый Хель Пустынник, - поправляю гармца. - Не знаю, может для вас, некромагов, Хель и является идолом и образцом для подражания, но тайранским магам в детстве на его примере объясняли, какие законы магии нельзя преступать.
- Да нет, - чуть улыбается Джаред, - у нас, знаешь ли, не очень любят конкуренцию. А он хорош, очень хорош.... был.
- Ты не веришь, что он вернётся, - не спрашиваю, утверждаю я. Больно так, что кажется, что сердце сдавило тисками.
- Не верю, извини, Агния, - он греет чашку в руках, пряча глаза за растрепавшимися чёрными волосами. Почему-то именно сейчас мне кажется, что за его заботой и сочувствием кроется насмешка. - Тебе нужно подумать о себе, о своей безопасности. Ты сейчас совсем одна здесь, Агния. Ты не справишься без помощи.
- И что ты предлагаешь? Отправиться восвояси, в Истик? Помниться, Зикрахен мне это уже предлагал, - с вызовом в голосе говорю я. Я не доверяю тебе, Джаред, и никогда не доверяла. И эта клятва ничего не изменит.
- Нет, это было бы нецелесообразно. Смею тебе напомнить, что в Истике ты остаешься уязвимой для сестёр Шаноэ, которые, я более чем уверен, попытаются повлиять на тебя. И поверь мне, тебе это мало понравится. Но в Гарме ты будешь под защитой.
