– Полковник и миссис Кемпбелл должны вернуться в Лондон в середине лета, – сказала Джейн. – Я собираюсь провести с ними некоторое время… Уверена, они захотят этого. А после я, возможно, и начну искать себе место. Однако мне не хотелось бы, чтобы вы утруждали себя сейчас наведением каких-либо справок.
– Утруждала! Да, ваша стеснительность мне знакома. Вы боитесь обременить меня. Но, дорогая Джейн, уверяю вас, даже Кемпбеллов едва ли больше меня заботит ваша судьба. Сегодня или завтра напишу миссис Партридж и дам ей строгий наказ не упускать из виду, если подвернется для вас что-нибудь стоящее.
– Спасибо, но мне бы не хотелось, чтобы вы упоминали сей предмет в письме к ней. Я не хочу никого утруждать раньше времени.
– Но, милое мое дитя, ведь время уже приспело! Сейчас апрель, не за горами июнь и даже июль, а мы еще ничего не сделали! Ваша неопытность меня просто удручает! Место, которого вы заслуживаете и которого желали бы для вас ваши друзья, предлагается не каждый день! На такое место не поступишь вдруг, нет-нет, вы уж как хотите, но немедленно начнем наводить справки.
– Извините, сударыня, однако к этому я никоим образом не стремлюсь. Я и сама не навожу справок и была бы очень огорчена, если бы начал хлопотать кто-либо из моих друзей. Когда я окончательно определюсь со сроками, то сама без труда найду себе работу. В Лондоне есть специальные места, конторы, куда можно направить запрос и быстро получить ответ… конторы, в которых торгуют… не то чтобы человеческой плотью, но… человеческим духом.
– Что вы говорите, дорогая, – торгуют человеческой плотью! Вы меня буквально потрясли… Если вы намекаете на работорговлю, уверяю вас, мистер Саклинг всегда был противником рабства.
– У меня и в мыслях не было сравнивать их деятельность с работорговлей, – отвечала Джейн. – Уверяю вас, я думала только о торговле гувернантками! Конечно, все зависит от того, кто ею занимается… Впрочем, взгляды хозяев мало отражаются на положении несчастных жертв. Однако хотела я сказать только то, что существуют конторы, куда можно принести объявление. Я почти не сомневаюсь, что скоро подберу для себя сносное место.
– Сносное! – повторила миссис Элтон. – Возможно, слово «сносное» отвечает вашим скромным запросам… Я знаю, как вы застенчивы и стеснительны, однако «сносное» место совершенно не устроит ваших друзей – вам нельзя соглашаться на первое же попавшееся предложение. Иначе окажетесь в какой-нибудь низкой, заурядной семье, в семье, не вращающейся в определенных кругах или не способной ценить изящество жизни.
– Вы очень любезны! Но ко всем подобным вещам я равнодушна, я не задаюсь целью непременно попасть в богатый дом. Мне кажется, что в богатом доме я буду сильнее осознавать собственное униженное положение… Я буду больше страдать от неравенства. Моим единственным условием является работа в благородном семействе.
– Я знаю вас, я знаю вас! Вы смиритесь с чем угодно, но позвольте мне попривередничать за вас. Я уверена, добрые Кемпбеллы встанут на мою сторону… При всех ваших несравненных талантах у вас есть полное право рассчитывать попасть в высшие круги. Да одного вашего музыкального образования хватит, чтобы дать вам право самой назначать условия, требовать для себя столько комнат, сколько вы пожелаете, и принимать участие в жизни семьи, насколько сочтете нужным, то есть… не знаю… Вот если бы вы к тому же играли на арфе, уверена, что вы могли бы требовать все это, но, с другой стороны, вы ведь поете так же прекрасно, как и играете… Да, я твердо уверена в том, что вы можете требовать все, что я перечислила, даже без арфы. Ставить любые условия – и ни я, ни Кемпбеллы не успокоимся, покуда не найдем для вас во всех отношениях подобающего места, соответствующего вашим достоинствам.
– Пожалуй, вы можете ставить на одну доску и удовольствие, и почет, и удобство, так как вы уверены в том, что они в равной степени возможны, – возразила Джейн. – Но, как бы там ни было, я вполне серьезно прошу вас ничего для меня пока не предпринимать. Я бесконечно признательна вам, миссис Элтон, я признательна всем, кто мне сочувствует, однако я упорствую в своем решении ничего не предпринимать до лета. Еще два-три месяца побуду здесь и в том же качестве.
– А я, уверяю вас, также вполне серьезна, – весело парировала миссис Элтон, – что порешила быть начеку и друзей своих ангажировать с этой же целью, чтобы не пропустить для вас какого-нибудь совершенно превосходного места.
Продолжала она в том же духе, не задерживаясь долго ни на одном предмете, пока в комнату не вошел мистер Вудхаус. Тут ее тщеславие переменило объект, и Эмма услышала, как она так же, полушепотом, обращается к Джейн:
