Рука Алекса, удерживающая невидимые «тиски» над распухшим, багрово-черным локтем Лоры, дрожала мелкой, неконтролируемой дрожью, как в лихорадке. Он чувствовал ярость Лоры – не как эмоцию, а как физическую сущность. Горячий, живой, ядовитый шквал, бьющийся изнутри ее хрупкого, измученного тела, как сердце загнанного насмерть зверя. Эта ярость была его опорой, его топливом в этом безумном симбиозе, но и источником постоянной, изматывающей обратной связи. Он не поглощал ее боль и гнев – он лишь служил проводником, резонирующим камертоном, направляя эту дикую, необузданную силу против багрового ядра заразы, сжимающего ее изнутри.
Системное Уведомление:
Статус: "Хрупкий Баланс" - Активен. Целостность: 78%.
ХП: 112/500 (Падение: -2.2/сек). Проекция до Критического Порога (50): ~28 сек. Предупреждение: Скорость падения может увеличиться при ухудшении состояния.
HP: 71/150 (Падение: -1.8/сек). Проекция до Критического Порога (30): ~22 сек. Примечание: Состояние "Кровоточащие капилляры (Руки)" - Незначительный урон.
Выносливость (Stamina):** 53/100 (Падение: -4/сек). Проекция до Критического Порога (20): ~8 сек. Критическое предупреждение: Риск коллапса при достижении порога.
Покров Корня: ~7 часов 05 мин. Стабильность: Номинальная. Плотность: Умеренная.
Конфликт с Корнем: Минимальная Активность (Наблюдение/Анализ).
Состояние Цели ("Лора"):
Ярость - Высокая (Устойчивая, Фокусированная).
Физическое Истощение* - Критическое (Мышечный тремор, Нарушение координации).
Психическая Устойчивость* - F- (Стабильная под экстремальным давлением, Риск срыва в Кататонию/Истерику).
Риск срыва барьера:* Средний (38% и медленно растет).
Инфекционный Узел:* Активность подавлена на 52%. Стабильность подавления: Низкая.
Лора дышала прерывисто, короткими, хрипящими вздохами, которые срывались на полуслове, словно ей не хватало воздуха даже для этого. Ее здоровый кулак был сжат до побеления костяшек, ногти глубоко впились в ладонь, оставляя кровавые полумесяцы. Глаза, прищуренные от невыносимой боли и предельной концентрации, были прикованы к пульсирующему кошмару на своей руке с фанатичной, почти безумной фиксацией. Алекс видел, как по ее грязному, осунувшемуся лицу ручьями текут слезы, смешиваясь с потом и пылью Сада. Но в этих слезах не было и тени прежней паники, беспомощности. Была только сфокусированная, белая от накала ненависть. Она боролась. Не только его силой, но и своей волей, своей *сущностью*, направляя всю ярость, весь первобытный страх, всю отчаянную жажду жизни в одну точку – в точку боли внутри себя, сжимая чужеродное зло изнутри так же неистово, как Алекс сжимал его снаружи.
-- Д… держится? — хрипло выдохнул Алекс, не отрывая взгляда от узла. Каждое слово требовало нечеловеческих усилий, отнимало драгоценные проценты концентрации, заставляя «тиски» на миг ослабевать, а багровое ядро тут же пытаться вырваться.
-- Д… да, — прошипела Лора сквозь стиснутые зубы. Голос был хриплым, изорванным, но в нем звучала неожиданная твердость. — Ж… жжет меньше. Там… где ты… давишь. Чувствую… твой… напор. — Она сглотнула комок крови и слюны. — Но… — ее лицо исказилось гримасой, — …оно *злится*. Чувствую… как бьется. Как… зверь в клетке. Злой… голодный зверь.
Алекс почувствовал это и через резонанс, как отдаленный, но яростный рев. Багровое ядро действительно не сдавалось. Оно бугрилось под двойным прессом, посылая отчаянные, хаотичные импульсы – щупальца чужой воли, пытающиеся найти малейшую слабину в сети его концентрации и ее ярости. Каждый такой импульс стоил ему дополнительной капли ХП, заставлял мышцы руки дергаться в судороге, а в висках вспыхивать новыми иглами боли.
-- Не… не дай ему… найти щель… — начал Алекс, с трудом артикулируя, но его прервал Пепел.
