Эмпат полностью

Алекс почувствовал, как невидимые щупальца энергии потянулись к нему, прощупывая пространство, пытаясь схватить, парализовать. Его инстинкты взвыли в панике. Щит! Нужен Щит! Но 25 единиц Хаоса – хватит ли? И против чего?

Он не стал ждать. Он сфокусировал весь свой накопленный Хаос-Потенциал, всю свою парализующую боязнь Инквизитора, и выпустил его не как щит, а как... клин. Тупой, тяжелый удар чистой, концентрированной подавленности и страха в сторону сканирующего луча.

Не было вспышки света. Просто воздух между Алексом и Инквизитором схлопнулся с глухим хлопком неслышимого давления. Волна отчаяния и леденящего ужаса, усиленная в десятки раз, ударила прямо в сознание Инквизитора.

Тот резко дернул головой, как от пощечины. Его сканирующий символ на ладони вспыхнул ярко-синим и погас с треском короткого замыкания. Он сделал шаг назад, его обычно безупречная осанка нарушилась. Из-под шлема донесся сдавленный стон. Не боли. Ярости. Чистой, бешеной ярости от того, что нечто посмело, сумело коснуться его разума.

Системное Уведомление:

Мир вокруг Алекса поплыл. Его вырвало – на этот раз не водой, а чем-то темным и горьким. В глазах замелькали черные пятна, в ушах зазвенело. Он едва устоял на ногах, чувствуя, как его собственный разум трещит по швам от отдачи. 20 единиц Хаоса – слишком много для его уровня. Цена была чудовищной. Но он сделал это. Он ударил Инквизитора. И хоть ненадолго, но остановил его.

Этого мгновения хватило. Хаос боя рядом достиг пика. Один из стражей, отбиваясь от крыс, упал под их натиском. Броня защищала, но твари облепили его, яростно грызя металл, пытаясь добраться до мяса. Его крики боли и ярости слились с визгом мутантов в симфонию страдания. Второй страж отчаянно пытался помочь, но был скован.

Хаос-Потенциал внутри Алекса, почти опустошенный после атаки, начал стремительно наполняться. 10... 20... 35 единиц! Боль и страх павшего стража, ярость его товарища, агония умирающих крыс – все это вливалось в него, как черная река, затягивая раны на его психике, но оставляя послевкусие гари и безумия.

Инквизитор оправился. Он выпрямился. Его аура пылала теперь не холодным расчетом, а убийственным гневом. Он больше не сканировал. Он знал. Его рука снова поднялась, но теперь на ней материализовался не символ, а сгусток искрящейся, нестабильной энергии – маленькое солнце из синих молний, от которого трещало пространство. Оружие. Настоящее. Нацеленное прямо на тень, где стоял Алекс.

Беги! Сейчас!

Алекс рванул не вглубь стройки, а вдоль края котлована, к полуразрушенному переходу в следующий квартал. Он бежал, чувствуя, как сзади нарастает жар и гул заряжающейся смерти. Он инстинктивно вытянул руку назад, не оглядываясь, выплескивая только что накопленные 35 единиц Хаос-Потенциала в Щит Отчаяния. Он не видел щита. Он верил в него.

Раздался оглушительный хлопок, а не взрыв. Волна сжатого воздуха и статики ударила Алексу в спину, швырнув его вперед, как тряпичную куклу. Он влетел в темный проход, кувыркнулся по битому кирпичу, чувствуя, как щит трещит и рассыпается под чудовищной силой удара, поглощая львиную долю энергии, но не всю. Ошметки синих молний лизнули его спину, прожгли куртку, оставив полосы обугленной кожи. Боль – острая, своя – впервые за долгое время перекрыла чужую.