Системное Уведомление:
СТАТУС: ЛОРА
ИНФЕКЦИЯ: 36.1% (+0.1% ОТ ПАССИВНОГО ПОГЛОЩЕНИЯ РАССЕЯННОЙ ЭНЕРГИИ ИЗ КАНАЛА АЛЕКСА).
СОСТОЯНИЕ: "ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ РЕЗОНАНС С КАНАЛОМ": ПАССИВНОЕ ПОГЛОЩЕНИЕ ЭНЕРГИИ (+0.05 HP/СЕК).
"ПСИХИЧЕСКИЙ ЩИТ": ТРЕЩИНЫ УГЛУБИЛИСЬ. ПРОСВЕТЫ НЕСТАБИЛЬНОГО СОЗНАНИЯ ОБНАРУЖЕНЫ. РИСК НЕПРЕДСКАЗУЕМОГО ПРОБУЖДЕНИЯ/ПЕРЕХОДА ИНФЕКЦИИ В АГРЕССИВНУЮ ФАЗУ: ОЧЕНЬ ВЫСОКИЙ (65%).
НОВОЕ ЯВЛЕНИЕ: "БИОАССИМИЛЯТИВНЫЙ КОНТАКТ" (ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО). ЛОКАЛЬНАЯ РЕГЕНЕРАЦИЯ УВЕЛИЧЕНА ДО +0.2 HP/СЕК. ЗАМЕЧЕНА ПАССИВНАЯ АБСОРБЦИЯ БИОМАТЕРИИ С ПОВЕРХНОСТИ СОБОРА ЧЕРЕЗ КОНТАКТ ЛАДОНИ. МУТАГЕННАЯ НАГРУЗКА: +0.05%/МИН (КОНТАКТ+РЕЗОНАНС).
ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С МЕТКОЙ АЛЕКСА: РЕЗОНАНС СРЕДНЕ-ВЫСОКОЙ ИНТЕНСИВНОСТИ. ОЩУЩЕНИЕ "ВТОРОГО СЕРДЦА" У АЛЕКСА: ИНТЕНСИВНОЕ, ПУЛЬСИРУЮЩЕЕ ЧУВСТВО РЯДОМ СО СВОИМ СЕРДЦЕМ.
"Второе сердце". Да. Оно было здесь. Не метафора. Физическое ощущение инородной, живой пульсации глубоко в грудной клетке, рядом с его собственным, измученным органом. Оно билось в такт Сердцу Собора, в такт багровому свету Артерии. И через эту пульсацию, через открытую рану его воли, Алекс вдруг уловил нечто от Лоры. Не мысль. Не образ. Чувство. Голод. Глубокий, всепоглощающий, первобытный голод. Но не к пище. К... структуре. К энергии. К жизни в ее самой грубой, биологической форме. Голод инфекции, проснувшийся и усиленный контактом с мощью Сердца и его, Алекса, кровью. Этот голод был направлен на слизь, на пульсирующие стены, на саму Артерию... и, с тревожной остротой, на него.
«Конкурирующий паттерн... Поглотитель...» – эхом отозвался в его сознании искаженный раздражением голос Корня. «...Нестабильный фактор. Требует контроля, Донор. Или... изоляции.»
Контроль. Алекс попытался сглотнуть, но горло было пересохшим. Контроль? Он не мог пошевелить пальцем! Его воля была оскальпирована, вывернута наизнанку. Метка на руке, теперь покрывавшая почти всю руку до плеча, ощущалась как чужеродный, тяжелый панцирь, вросший в плоть. Он чувствовал ее постоянный, ненасытный зуд, ее желание снова соединиться с узлом Артерии, завершить начатое. Отдаться.
Пепел вдруг резко ткнулся носом ему в висок, издав сдавленный, предупреждающий вой. Алекс заставил глаза сфокусироваться. Один из "Кровяных Глаз" сделал резкий, рывковый бросок вперед, словно испытуемый, бьющийся о стекло. Синий луч сенсора на долю секунды пробил багровую дымку поля, осветив слизь в метре от ног Алекса. Сфера зависла, корпус скрипел от напряжения, руны вспыхнули ярче – и погасли. Поле вытолкнуло ее назад, как резиновый жгут. Писк стал визгливым, полным ярости и бессилия. Таймер: 16 мин 05 сек..
Надо двигаться. Мысль была кристально ясной, отточенной адреналиновым остатком. Пуповина. Черный, влажный зев за раздвинувшейся завесой нитей Артерии. Путь вниз, к Сердцу. К спасению? Или к большей зависимости? Неважно. Альтернатива – быть стертым сканерами через шестнадцать минут или медленно истечь кровью здесь.
Но как? Его тело было куском свинца. Каждый мускул кричал от истощения. Даже моргнуть было усилием.
«Сила... в долге... в единении...» – нашептывал Корень. «Позволь... и мы поднимем тебя...»
Нет. Не позволит. Оно поднимет его тело, как марионетку, чтобы бросить в следующую мясорубку "долга". Алекс сконцентрировался на ощущении "второго сердца". На пульсации Лориной инфекции. Они были связаны. Через кровь, через боль, через этот проклятый резонанс. Может... Может, он сможет направить? Не контролировать Лору, это было безумием. Но... подтолкнуть? Использовать ее силу, ее пробуждающийся инстинкт?
Он уставился на ее зараженную руку. На ладонь, впитывающую жизнь Собора. Голод, – подумал он, вкладывая в мысль всю свою отчаянную потребность в движении, в спасении. Голод... на силу. На движение. Встать. Встать!
Ничего не произошло. Лора не шелохнулась. Только свет в ее руке пульсировал чуть ярче.
