Ей это и было нужно. Она резко вздохнула, обняла Алекса одной рукой и страстно поцеловала. А другую руку с зажатой в ней чёрной плоской коробочкой подняла к его виску и начала считать про себя до сорока.
Холодов прикусил губу Счастливой чуть не до крови. Отступил. Ольга, пытаясь понять выражение его лица, медленно-медленно опустила руку в карман и разжала кулак. Её маленький чёрный секрет скользнул внутрь. Ольга очень надеялась, что снимков мозга хватит, чтобы Марк опростоволосился со своей бредовой теорией. Ольга только закатила глаза, когда утром её любовник с пеной у рта доказывал, что Холодов – робот-дроид. Мол, он не может чувствовать, поэтому неуязвим для «Эшки» на «глубоком» уровне.
– В эти игры можно играть вдвоём. – Алекс нежно поцеловал её в лоб. И опять – в губы.
Ольга закрыла глаза. Теперь можно расслабиться, ведь задание она выполнила.
И тут она почувствовала, как вокруг головы что-то сжимается.
Щёлк.
Алекс надел ей портативный обруч «Эшки» и активировал его.
Счастливая попыталась было снять приспособление, но Алекс – и когда только успел загрузить? – врубил короткий ролик-впечатление с наркотическим приходом опытного любителя запрещённых веществ.
Чужие воспоминания о химическом кайфе потекли прямо в голову Ольги.
– Кошмар, – только и успела прошипеть она, погружаясь в такую знакомую эйфорию.
Алан Красный перебил в своём кабинете всё, до чего мог дотянуться. С каким удовольствием он бы запустил что потяжелее в своего бывшего делового партнёра – вон он, качается в инвалидной коляске в полутора метрах от пола. Осталось только кадки с пальмами в него швырять.
Алан посмотрел на «инвалида», увидел, как плотно брюки прилегают к коже. С этого ракурса было видно, что ноги не иссохли, а налиты мощью мышц.
Красный впервые за долгое время почувствовал себя идиотом, который так долго отрицал очевидное и игнорировал проблему прямо перед носом. Слишком гладко всё шло с выводом «Эмпатии» на рынок, притоком новых клиентов. Успехи его убаюкали. Цифры на банковских счетах завораживали. Хвалебные статьи в СМИ льстили самолюбию. А надо было думать наперёд – где тонко, там и рвётся. Самым ненадёжным местом в его плане оказался партнёр, о котором он месяцами не вспоминал. Сообщник, который десять лет назад поставлял «материал» для исследований.
И как Алан не провёл параллели между убийством фанатки в прямом эфире и теми «лабораторными мышками»? Даже внешне девчонки похожи. Старого пса новым трюкам не научишь, опять он дал волю своим извращённым пристрастиям. Совместил, гадина, приятное с полезным.
Красный тут же успокоился. В тюремных камерах он бывал так же часто, как и на официальных приёмах во дворцах. Не первый раз. После баланды вкус чёрной икры не приедается, к лишениям он относился стоически и философски. Даже если не удастся доказать, что именно Андрей спровоцировал волну ненависти к «Эмпатии» и злоупотребил их техническими достижениями, можно поторговаться с тюремщиками. А у него ещё есть козыри в рукаве. Надо сейчас заболтать этого наглеца и ненадолго отвлечь.
– Может, спрыгнешь уже со своего ковра-самолёта, хватит притворяться! – рявкнул Алан.
– Не хочу выходить из роли. Еще максимум полчаса, и здесь будет слишком много людей из МИТа и полиции, – усмехнулся «калека».
Десять минут назад Балтенко прорвался на личную аудиенцию и предъявил бумаги о регистрации юридических сделок по передаче ему акций. Вместе с теми, которые ему в залог ссудил Алан, у Андрея оказался контрольный пакет акций. И он только что отправил президента «Эмпатии» в непочётную отставку, даже без выплаты компенсации. Смешно. Глава корпорации даже не думал о «золотом парашюте», так как был уверен, что он ему не понадобится.
– Зачем тебе это, если «Эмпатию» прикрыли, компания – дешёвка? За акции не дадут и цену бумаг, на которой они напечатаны. – Алан сел на стол.
