Ванму выглядела слегка огорошенной. Цин-чжао потрепала ее по плечу. Вот так вот — отец слишком попустительствует Ванму, позволяя ей счесть, будто она разбирается в вещах, которым никогда не обучалась. Ванму следует то и дело указывать на ее место, чтобы она не заносилась в мечтаниях слишком высоко. Нельзя позволить девушке возомнить, будто по силе ума она может сравниться с Говорящими с Богами, иначе ее жизнь наполнится горьким разочарованием.
— Он заметил, что в генах некоторых жителей Пути наметились значительные, искусственно приобретенные отклонения, но стоило ему только сообщить об этом, как немедленно пришел приказ о его переводе. Ему мягко намекнули, что человек не входит в сферу его профессиональных интересов.
— А почему она перед отлетом не сказала тебе об этом? — спросила Цин-чжао.
— Кейкоа? Она не знала. Она была еще совсем юной, в том возрасте, когда большинство родителей предпочитают не сообщать детям о проблемах взрослых. Ей было столько же, сколько тебе сейчас.
Это сравнение снова наполнило Цин-чжао страхом: ее отец любил женщину, которая была так же молода, как сама Цин-чжао; таким образом, отец считал, что для замужества это самый подходящий возраст. «Нет, ты не сможешь отослать меня в дом чужого мужчины!» — воскликнула она про себя, однако частичка ее женской натуры нетерпеливо встрепенулась, словно в ожидании минуты, когда она впервые познает суть загадочных отношений, существующих между мужчиной и женщиной. Но, несмотря на все отчаяние и желание, от нее ничего не зависело; она будет послушно исполнять волю отца, не более.
— Но во время перелета, будучи очень расстроенным, отец ей все рассказал. Ты только представь себе — всю жизнь он посвятил своему делу, и вдруг его так резко отстранили! Когда год назад они прибыли на Угарит, он все же нашел в себе силы вернуться к работе. Кейкоа же погрузилась в учебу и постаралась выбросить это из головы. Но несколько дней назад ее отец вдруг наткнулся на старый отчет группы ученых, так же неожиданно изгнанных с Пути еще на заре освоения планеты. Он сложил вместе кусочки головоломки и поделился сомнениями с Кейкоа, и она, вопреки его настойчивым уговорам, связалась сегодня со мной.
Хань Фэй-цзы отметил на дисплее пару абзацев, и Цин-чжао внимательно прочитала их.
— Та группа ученых изучала случаи проявления МПС? — удивилась она.
— Нет, Цин-чжао. Они изучали людей, которые вели себя так, будто были поражены МПС, но этого не могло быть, так как оснований для возникновения эпидемии МПС не было; кроме того, больные не поддавались лечению средствами, обычно легко справляющимися с МПС.
Цин-чжао припомнила, что́ ей было известно о МПС. Пораженные им люди начинали вести себя словно Говорящие с Богами. Она вспомнила, что после того, как впервые столкнулась с мытьем рук, и вплоть до момента, когда ее подвергли испытанию, ей некоторое время давали лекарства, чтобы проверить, не пройдет ли у нее стремление постоянно мыть руки.
— Они изучали Говорящих с Богами, — пробормотала она. — Пытались найти биологическую причину наших обрядов очищения.
Сама мысль об этом показалась ей настолько оскорбительной, что она едва сумела вымолвить фразу.
— Да, — кивнул Хань Фэй-цзы. — И их выслали с планеты.
— Я считаю, им очень повезло, что они сумели убраться живыми и невредимыми. Если бы народ узнал о таком святотатстве…
— Это случилось очень давно, Цин-чжао, — ответил Хань Фэй-цзы. — Тогда еще никто не понимал, что Говорящие с Богами… действительно связаны с небом. Но при чем здесь отец Кейкоа? Он не имел никакого отношения к МПС. Он всего лишь изучал развитие генов. И вот что он обнаружил. Очень специфическое, искусственно приобретенное отклонение в геноме отдельных людей. Когда это отклонение присутствовало в гене одного из родителей, оно автоматически становилось доминантным: ген другого родителя не мог подавить его. Когда же оба родителя обладали подобным отклонением, в ребенке оно проявлялось особенно сильно. Он теперь думает, что причиной высылки стало именно это открытие. Он обнаружил, что каждый из детей, родители которых обладали такими генами, превратился в Говорящего с Богами, и, согласно его исследованиям, получается, что в каждом человеке, способном Говорить с Богами, присутствует хоть один такой ген.
Цин-чжао сразу пришло на ум единственное разумное объяснение, но она моментально отвергла его.
— Наглая ложь, — заявила она. — Это специально было придумано, чтобы мы усомнились в богах.
— Цин-чжао, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Когда я вдруг осознал, что имеет в виду Кейкоа, вопль вырвался из самых глубин моей души. Сначала мне показалось, что я кричу от отчаяния. Но потом понял, что радуюсь освобождению.
— Я не понимаю тебя, — в ужасе произнесла Цин-чжао.
