Учёный показал разрушающее воздействие либеральной политики на примере нашей страны. «Даже частичная реализация прожекта неолибералов Гайдаром в ходе «шоковой терапии», по оценке его же советника Сакса, привела «к катастрофе, которой ещё не было в мировой истории». Особенно потрудились гайдаровцы над разгромом госсектора. Доля госсобственности у нас снизилась с 96 до 12 %, в то время как в США этот показатель составляет 32 %, в Англии – 40, в Канаде – 43, в Германии и Франции – 52, в Швеции – 62 %. Но приватизация в России продолжается. Возможность планового регулирования разрушена, а реальные условия свободной конкуренции не появились даже на горизонте. «Шоковую терапию» Гэлбрейт назвал «отклонением психического характера, близким к умопомешательству».
Д. Валовой на примере отечественного сельского хозяйства показал, как поверхностно решались эти важнейшие для страны вопросы, и к чему это привело. «Когда я узнал, что Гайдар готовит постановление о срочной ликвидации колхозов и совхозов и разделе земли между крестьянами, у меня состоялся с ним серьёзный разговор. Я напомнил ему, что до коллективизации в России было 28 млн. лошадей и много рабочего скота. Теперь их нет. Использовать трактор на одном гектаре накладно. На мои предупреждения о тяжких последствиях такого очередного погрома у него был один «довод»: «Ельцин не терпит слова «колхоз» и «совхоз». В итоге реализации ельцинского «нетерпения» сегодня треть советской пашни зарастает бурьяном. Поголовье скота и свиней сократилось в 2,5 раза. Импорт продовольствия превысил 60 %. За 10 лет нового века российский импорт мяса и молока возрос в 3,1 раза, лука, чеснока и картофеля – в 2 раза, а томатов – в 6,6 раз».
В сентябре 2009 года президент Д. Медведев, как всегда, словно юный петушок, но думающий, что он тот самый золотой петух из сказки, который вещал стране и султану о бедах и победах, провозгласил: «Народ обязан сегодня победить коррупцию и отсталость. Сделать нашу страну современной и благоустроенной». И ещё: «Двадцать лет бурных преобразований так и не избавили нашу страну от унизительной сырьевой зависимости». Как-то запали его слова в душу. Мы в какой-то степени тогда ещё верили юному президенту, его искреннему желанию создать хоть что-нибудь такое, чтобы войти в историю России не как единственный правитель, не сделавший для неё ровным счётом ничего. Разве только заменивший доброе название «милиционер», на колючее и неприятное с военных времён «полицай». В результате чего, добрый дядя Стёпа, как и полицейский инспектор, регулирующий движение, приобрёли неприличный сокращённый титул ПИДР. К несчастью для россиян, все его громкие начинания и национальные проекты остались только в рулонах стареющей макулатуры. Наяву всё продолжало двигаться, как и велит диалектика, но по-прежнему в обратную от поставленных задач сторону.
И это не случайно. После того, как интеллигенция страны приняла на вооружение либеральный курс реформ, мы были обречены. Теоретически легко понять, что свободная и честная конкуренция могут слегка продвинуть развитие производства в самый начальный этап его становления в стране. В период распространения капитализма в мире этому способствовали два удачных обстоятельства. Во-первых, все направления развития были свободны и ты, являясь практически монополистом в какой-то отрасли и регионе, можешь двигаться в «любую сторону твоей души», получая почти пропорциональные дивиденды. Во-вторых, капиталистические приёмы легко позволяли поставить в полную зависимость слаборазвитые страны и драть с новых колоний и полуколоний три кожи. И, в-третьих, вновь изобретённый способ финансового порабощения трудового населения с помощью скрытых от народа ухищрений в виде банковских операций, кредита и государственной коррупции позволяли привлечь значительные средства в науку и строительство. Именно этим объясняется быстрый прогресс колониальных государств в наращивании своих активов и, соответственно, ростом восхищения либеральной экономикой.
Но принципиально она ничего улучшить не может. Ведь она свободная, и как кошка, гуляет сама по себе, а не по воле начальников, даже председателя правительства. Особенно на международной арене, которая сейчас близка для любой национальной экономики, как прежде для крестьянина уездный рынок. Когда ты приходишь на давно сложившийся базар, где все места заняты и между торговцами установились тесные взаимоотношения, вместе со всегда сопутствующим криминалом, рассчитывать на успех тем более наивно. Есть даже такое выражение: «едучи с рынка», что означает простым языком для участника процесса: «фенита ла комедия».
