Если бы хозяин спросил у своего управляющего, как работает лавка, которую он доверил ему создать, и услышал в ответ подобное бормотание, то сначала шарахнул бы ему кулаком по темечку, чтобы привести в чувства, а потом спросил: «Ты мне русским языком назови результаты: как уменьшилась цена и сократились всякие потери при росте доходности? Ведь такую задачу я тебе поставил!» А поняв, что торговлю начали, не создав правил, и уже несколько лет в результате не только нет никаких улучшений показателей, а одни ухудшения, он бы выгнал пинком под зад нерадивого менеджера, как теперь принято называть начальника в насквозь порядочном обществе. А выбранный народом служака имеет наглость информировать его о результатах своего труда подобным образом, понимая неприкосновенность и вседозволенность, которой награждают человека, попавшего в кресло депутата Госдумы, и просиживающего его уже многие годы. Кстати, странно, что для таких людей, имеющих очень высокую власть в стране, до сих пор также, как для ряда других избираемых чиновников, не установлен предельный порог срока их депутатства. Многие сидят уже десятки лет, принимают ужасные законы, ухудшающие жизнь людей, а, значит, нарушают Конституцию, и ничего, не страдают.
Наконец, депутаты решили вернуться к ряду потерянных их коллегами законодательных положений десять лет назад при принятии впопыхах под давлением Чубайса закона о реформировании электроэнергетики. Главное, к важнейшему для России закону о теплоснабжении. Побывав в северных странах Европы, они вроде бы, убедились, что в этом процессе рыночных отношений в принципе быть не может. По мнению Грачёва, бывшего руководителя думского комитета по ТЭК, начинается также разговор о том, чтобы избавиться в первую очередь от сбытовых компаний. Их значение преувеличено. Рыночных механизмов, на которые рассчитывали депутаты, они не запускают.
Самое интересное, какие же субъекты электроэнергетики должны были участвовать в рынке в соответствии с этим пакетом законов, из-за которого пять лет стояла на ушах вся страна? Теперь понятно, что при разработке теории реформирования отрасли специально не были озвучены и учтены многие важнейшие факторы, затрудняющие применение рыночного законодательства. Например, много говорилось об его ограниченности в силу уникального разнообразия электростанций, запроектированных в разные исторические периоды и имеющих несоизмеримые технологии с точки зрения использования различных по стоимости первичных энергоносителей, топлива, возможностей участия в регулировании процессов в энергосистеме, в зависимости от схемы и протяженности, выдающих от них мощность линий электропередачи, комбинированного производства важнейшего для нашей северной страны тепла, а в итоге – значительного отличия по себестоимости отпускаемой продукции, в результате чего многие из них не могут адекватно участвовать в рынке.
А это уже серьёзно. В предыдущей книге я показывал, что практически с натяжкой как-то ещё можно выставить на торги продукцию пяти процентов электростанций страны. Причём, и в этом случае, в каждом регионе из-за слабых связей по ЛЭП с соседями будет один безусловный монополист, что также является нарушением соответствующих законов. Но авторам разрушительных мер надо было срочно всё принять, пока россияне не очухались, как шахматисты из Нью-Васюков, игравшие против Остапа Бендера. И здесь уж было не до тонкостей игры и соблюдения правил.
При реализации закона об электроэнергетике, понимая безнаказанность всех своих начинаний, команда Чубайса пошла ещё дальше, и, в нарушение всех антимонопольных законов, вывела на рынок целиком несколько крупных энергосистем. Получилось, например, что имеющее почти 9 миллионов кВт мощности Мосэнерго должно состязаться в Московском регионе с бывшими своими электростанциями Каширской и Шатурской ГРЭС, в несколько раз меньшими её по этому показателю. Если быть честным, то надо за эти нарушения благодарить великого реформатора. Он пошёл здесь против своих принципов, не разрушил в соответствии с внедрённым им законом несколько остатков генерации наиболее ответственных вертикально – интегрированных энергосистем, чем значительно повысил надёжность энергообеспечения важнейших регионов страны. Я думаю, что кто-то подсказал ему после Московского коллапса 2005 года такое решение. А, может быть, Геракл просто струсил, предвидя быструю расплату: слон тоже боится маленькой мышки.
