А что касается централизованного руководства-то тут он уж совсем не прав. Разработка стратегии и создание действенной системы её реализации – это чистая прерогатива центральной власти. Как пишет аналитик, разбирающий сильные и слабые стороны выступления президента, прежде всего «необходимо определиться с базовыми посылками, одна из которых гласит: соотношение между государственным и частным сектором определяется исходя из оптимизационного подхода, а не из идеологических соображений. Единственный центр принятия решений теоретически может и не приобретать огосударствленной формы. Скажем, планирующие органы могут не подчиняться текущему правительству, а быть чем-то вроде общественных организаций, образующихся по особой процедуре. К слову сказать, не исключено, что на Западе значительную часть функций единого центра принятия стратегических макроэкономических решений уже сейчас взяли на себя такие общественные по своей форме организации, как Бильдербергский клуб или Трёхсторонняя комиссия. В этом смысле на Западе, наверняка, умеют считать, пусть и закрытым образом, критерии эффективности для всего западного сообщества. В современных США появилась и набирает силу тенденция по созданию единого центра принятия макрорешений, связанных с инициативой Б. Гейтса – У. Баффета по соединению крупных состояний в один благотворительный фонд».
Кстати, при Советской власти таким речам руководителей страны придавалось очень серьёзное значение. Их даже изучали на различных семинарах в высшей школе, на занятиях в сети партийной учёбы во всех предприятиях и учреждениях. И это совсем не была традиция обожествления наших лидеров. Просто мы знали, что они выражали не своё мнение, а выношенное наукой, отраслевыми министерствами, планирующими и балансирующими органами решения, которые мы непременно будем воплощать в жизнь, и поэтому должны досконально знать задачи, которые требуется решить. В связи с особой сложностью и грандиозностью задумок, рождённых коллективным умом, руководители страны обычно докладывали о них по конспектам, что раздражало ретивых болтунов. Не как сейчас. Правители выступают в основном от себя, хотя и подсматривают в различные современные шпаргалки. Помните, наверное, как досадовал Обама, когда во время одного из первых своих выступлений, случайно разбил такого электронного суфлёра. Для чего делается этот маскарад – трудно понять. Ведь дурь каждого, как называл Пётр Первый неудачные выступления стремящихся во власть, видна не в уменье гладко тараторить, а в мыслях, которые вкладываются в эти трактаты, будь они плодом устной импровизации или прочитанные по выстраданной и заранее написанной речи.
Сказанное выше совсем не преследовало цель пересказа очередного выступления главы нашего государства. Просто оно довольно концентрировано заключило в себе представление сегодняшних либералов о рыночной экономике. А вот это уже то, что мне надо. Именно эту идею, ради которой разломали моё солнечное детское представление о справедливости и мою юношескую жалость ко всем сверстникам мира, жившим, по моим представлениям, в угрюмой капиталистической темнице, разрушили созданный мною со товарищами новый экономический мир равноправных производственных отношений, хотелось мне раскрыть для изучения, и президент стал здесь моим незаменимым толмачом этой непонятной идеологии. Я предвосхитил его теоретический выпад страшным рассказом о горе, которое принесло людям это новое, но, к счастью, кажется, и последнее изобретение хитрожопой капиталистической элиты, которое позволило ей, потеряв рабов и крепостных, продолжать эксплуатировать забитый трудовой народ. В добавление к его высказываниям, которые, может быть, требуется лишь коротко обобщить, остаётся только показать, что дал рынок за двадцать лет нашему народу в смысле облегчения жизненных условий и развития страны.
Великолепный анализ на тему влияния рыночной экономики на повышение благосостояние народа России сделал в одном из своих выступлений депутат Госдумы академик РАСХН коммунист В. Кашин. Он прямо сказал: «Все упования на невидимую руку рынка, которая всё отрегулирует и всё поправит, оказались блажью и фикцией. Двадцать лет нам морочат голову с налаживанием конкуренции. Однако в стране до сих пор нет ни рынка, ни конкуренции. Экономика развивается не по законам, а по понятиям. А понятие одно – содрать последнюю шкуру. В стране ценообразование, в угоду жуликам, пущено на самотёк. Основной критерий установления цен – нажива за счёт населения».
