Теперь у меня на пенсии больше свободного времени, не надо сдавать экзамены, хотя, по правде, всё время хочется защитить последний зачёт на право называться гражданином своей страны, и в первую очередь – хоть чем-то помочь ей выбраться из ужасного смертельного болота, куда завели нас горе – теоретики, называвшие себя коммунистами. Конечно, нам уже не суждено серьёзно помочь встать на ноги её народному хозяйству. Слишком жестокий урон понесло оно за последние тридцать лет. Я уже писал, что, по данным экономистов, только за один 1996 год ущерб экономики, который нанесла ей Чубайсовская приватизация, превысил потери за всю Вторую мировую войну. Но есть ещё один в этом деле существенный момент, который говорит о том, что знание и напор опытных специалистов, умеющих логически анализировать прошлое и настоящее, мог бы ещё очень существенно помочь погибающей Родине. Всё более осязаемой становится угроза скорой полной утраты её былого экономического могущества и, как следствие, окончательного распада на мелкие, зависимые от внешних сил территории. И здесь спасти её во многом могут горькие знания ветеранов, поученные ими в аналогичных проигранных сражениях при разрушении СССР.
Но вернёмся к совету И.В. Сталина пристально следить за состоянием производственных отношений, которые и при социализме, в соответствии с действием известного закона могут перестать соответствовать производительным силам и стать тормозом в развитии экономики и страны в целом. Так оно и случилось не в датском королевстве, а в нашей стране под руководством КПСС и народа. Так оно и случилось, несмотря на то, что для коммунистов эта задача должна была быть поставлена во главу угла. Несмотря на то, что В.И. Ленин гениально изобрёл специальный независимый государственно-партийный орган для этих целей: Рабоче-Крестьянскую инспекцию. Несмотря на этот строгий наказ последнего мудрого вождя страны.
Подумалось, каким был этот экономический базис в России в первые годы Советской власти. Перед революцией наметился некоторый рост в промышленности, правда, иностранного разлива. Как теперь в центре столицы гордо рвутся вверх крупные буквы «Siemens», так и тогда эта фирма правила бал в промышленности наших главных городов. Однако от всего общественного продукта вклад индустрии составлял всего несколько процентов и был далёк даже от понятия «капиталистических производительных сил». А в производственных отношениях, естественно, преобладали полуфеодальные, а во многом и крепостнические нотки.
Потом страна прошла необычайно сложный путь. За первые десять лет, во многом одновременно с окончанием напряжённой десятилетней военной поры, коммунисты, посадив за парту в основном тёмный её народ, сумели на порядок повысить образование неграмотного крестьянства, а затем, на примере плана электрификации, приучить его к работе по научно обоснованным планам. Поэтому, когда подошло рекордное десятилетие, за которое СССР прошёл путь по росту промышленности, равный тридцатипяти летнему развитию США, это уже не было чудом, о котором до сих пор рассказывают, как о ярком примере мобилизационной экономики. Никакого военного принуждения здесь не применялось. Просто, особенно капиталистические аналитики, ещё не осознали невероятной силы плановой экономики, и поэтому объясняли наши успехи стандартными приёмами своей пропаганды. На самом деле, у нас проводились существенные мероприятия социального плана, в том числе сокращался рабочий день, внедрялись различные льготы для рабочих, строго действовали законы по охране труда. Под влиянием нашего примера вынуждены были вводить что-то похоже и на Западе, в том числе и в США. Кстати, сейчас пошёл обратный процесс. Во Франции пытаются ввести 10-часовой рабочий день. И хотя страна стоит «на ушах», капиталисты своего добьются. Ну и не без гордости надо признать, что новый строй вызвал невиданный энтузиазм народных масс, и они трудились, как потом называлось это даже во всём мире, «по-стахановски».
Естественно, такой резкий рост производительных сил привёл к серьёзному отставанию от них производственных отношений. Тем более что здесь должна была произойти принципиальная их замена на социалистические, а теории, и даже принципов их построения, как я уже говорил, не существовало. Поэтому, когда писалась в мае 1952 года статья И.В. Сталина, уже не всё было гладко в его королевстве.
