- Не волнуйся, он очень плохой человек. А теперь мы отведем тебя домой.
35.
Я лежала и наслаждалась солнцем. Оно было на всех стенах и мебели. Отражаясь, оно словно лоскутками висело на каждой поверхности. В комнате было тихо, значит папа ушел. Надо бы поздороваться с Гагариным. Я встала, надела уличные вещи, а потом пошла в соседнюю комнату.
Папа уже был там и готовил на маленькой плитке рис.
- Проходи пока, скоро будет готово.
Большой стол стоял у окна, которое выходило в сторону бочек, и теперь было открыто. Я подошла к окну. Несмотря на то, что стол стоял плотно к стене, он был круглый, и с двух сторон можно было свободно пробраться к окну.
Под окном были видны ступеньки от крыльца, и зеленый почтовый ящик. Я могла бы до них дотянуться, если бы высунулась чуть больше. Но это уже было не так удобно.
Мы позавтракали.
На обед папа пожарил картошку и положил ее в стеклянные банки. Еще папа взял огурцы и помидоры, а в последний момент папа положил в рюкзак ножик.
36.
Нашу остановку мы спокойно прошли, потому что нам еще нужен был хлеб. Магазин находился напротив дома бабы Нади, только чуть дальше по улице. Купив хлеб, мы пошли к другой остановке.
Ехали мы спокойно, людей было мало, и они жались по углам, словно боялись автобуса.
Сначала мы проехали центр города, потом была его окраина, везде были деревянные дома. Только на окраине краска облупилась. А потом дорогу стали окружать только деревья. Папа решил выйти на одной из остановок. Как он их различал и знал, где мы находимся, я совсем не понимала.
- Ну как, ты хочешь на дикий пляж или на общественный? - спросил папа.
- Да мне все равно…
- Тогда давай пока на дикий. На общественном людей много.
Мы спустились по левой тропинке и вышли к каменистому берегу. Рядом был остров. Да и противоположный берег был не таким далеким. Мы разложили плед и переоделись. А потом я пошла воду. Это был совсем не Енисей, это была девочка. Вода была мелкая и очень быстрая, а еще она искрилась, как ограненные камешки, если их вертеть. Я так иногда с подвеской делаю, закручу, а потом она сама вертится, и блики во все стороны.
Лечь на воду не было никакой возможности, сносило сразу и очень быстро, плыть против течения не выходило. Вот и оставалось просто стоять и играть с этим непокорным ребенком.
Несколько раз мимо нас проплывали лодки. А потом мы решили пообедать.
- Ну вот я дурак, ножик взял, а ложки забыл.
- А можно есть палочками, я в журнале прочитала, как есть палочками, там даже показано было как их держать.
- Как интересно. Ну хорошо. Я сейчас тебе палочки от коры почищу и ты мне покажешь.
Папа взял на берегу похожие палки и счистил с них кору, это было не то же, что на картинке, но я смогла их правильно взять и даже приноровилась брать ими картошку из банки. Папа серьезно за всем наблюдал.
- Ты, конечно, молодец, но мы люди простые.
К тому времени он и себе пару почистил, но взял лишь одну и начал протыкать картошку и вытаскивать из банки так.
Сидеть просто так и дурачиться было весело. Не нужно было быть взрослыми и серьезными. Просто сидеть на пледе, и смотреть вокруг, и есть палочками, кто как может. На другом берегу был лес, и очень хотелось, чтобы в лесу были животные, можно даже простые. С простыми, обыкновенными животными тоже ведь можно общаться. Они же всё понимают, а если присмотреться и прислушаться, и совершенно не думать рядом с ними, то легко понять, что они говорят тебе.
- А хочешь теперь на обычный пляж сходить? - прервал мои размышления папа.
- А давай, - согласилась я.
В такой день нужно было на все соглашаться, настроение было таким хорошим, что ничего плохого просто не могло случиться.
Мы собрали пустые банки в рюкзак, полотенца и скрученный плед папа кинул себе на плече, и мы пошли вверх по тропинке к дороге.
Наверху мы пошли вниз уже по правой тропинке. Внизу доносились голоса, да и тропинка казалась светлее, чем левая. Словно выбирая направление, мы меняли еще и реальности, или дни. Два разных пляжа - два разных дня.
На пляже было полно народу и много солнца. Противоположный берег был тоже с деревьями. Но они перестали быть такими таинственными. А еще по всему пляжу лежали коровьи лепешки разной сухости. Потому нам долго пришлось искать место, где мы могли бы положить плед.
Когда мы, наконец, разложились и решили полежать под солнцем, оказалось, что это невозможно. На пляже было полно слепней. Они словно специально загоняли всех отдыхающих в воду. Тех же, кто решал погреться, ждали множество болезненных укусов, которые напоминали удары кончиком хлыста. Иногда от укуса на коже проступала кровь.
Папа накинул рубашку и, казалось, совсем не боялся их. А вот я боялась, укусы насекомых сразу опухали и очень долго не проходили.
Я зашла в воду, вода тут была просто ледяной. Вот уж действительно два абсолютно разных места. А ведь солнце обычно прогревает воду. Течение было быстрым, но река была совсем не глубокой. Чтобы оставаться в воде, приходилось сначала доверять течению, а потом пешком возвращаться обратно на согнутых ногах, чтобы почти не вылезать из воды.
