Вот так умереть в одиночестве на этой чужой планете! Я представила, как ему страшно, но он уверенно держал себя в руках, беспрекословно выполняя команды штурмана, что его вел.
У меня свой метод проверки маршрутов, его подсказала Эрика. Я начинаю проработку от конечной точки, продвигаясь в направлении старта, так поступила и в этот раз.
Мой маршрут оказался лучшим, но, чтобы выйти на него, было необходимо, чуть вернувшись назад, спуститься на один ярус. Мне предложили самой его вести. Учитывая, что этим я занималась три года, и профессия оператора по управлению роботами была моей первой, я без страха забрала “бразды правления”.
Вести его было одним удовольствием. Шел, как робот, это говорило об огромном количестве тренировок и профессионализме, я была отличным оператором, мы явно выиграли несколько минут от просчитанного времени, но этого было мало.
Думаю, он догадывался о бесполезности своих усилий, но так хотел жить, что упорно шел вперед, надеясь на что-то.
Мне было его так жалко, видимо, поэтому я говорила с ним излишне бодрым тоном, нет, скорее даже кокетливым и заигрывающим. Спросила, как его зовут, представилась сама. И дальше болтала без умолку, стараясь заполнить разговором иногда возникающие мучительные паузы. Я чувствовала, что мой голос ему очень приятен, Джон (так его звали) с удовольствием включился в беседу.
Я сделала большую глупость, это я поняла очень скоро. Едва между нами возник личностный контакт, мысль о его смерти стала совершенно невыносимой. Неужели ничего нельзя сделать?
Джон двигается к отсеку, может, как-то удастся этот обломок приблизить к нему? А вообще, зачем весь обломок? Нужен только кислород. Так, думай, думай. В голове забрезжила одна идея. Я быстро передала управление движением Джона помощнику и подошла к руководителю, отвечающему за спасательную операцию.
- А в этом отсеке есть заправленные кислородные баллоны? - он сразу понял мою мысль, по его ироничной улыбке я поняла, что об этом подумали ещё до моего “озарения”.
- Заправленные кислородные баллоны есть, и в большом количестве, но роботов, способных донести их до Джона, нет ни одного.
- А какие роботы есть?
- Роботы-уборщики, размером с котенка, умеющие выполнять только самые примитивные команды: подать, принести, вытереть, убрать.
- Какой вес они способны перенести?
- В десять раз меньший, чем весит баллон, - казалось, что последняя надежда на чудесное спасение Джона растаяла, но я не успокаивалась. Моя интуиция просто вопила, что выход есть, только я его не вижу. И вдруг…
- Там должны быть крохотные баллончики для кислородных коктейлей! Их всегда полно на любом корабле! - дальше я могла не продолжать. Всё мгновенно закрутилось, завертелось, и вот уже вереница небольших роботов потащила в сторону Джона прикреплённые к ним баллоны. Издалека они напоминали навьюченных муравьёв.
К Джону отправили всех роботов, потому что понимали - к нему доберётся едва ли десятая часть.
За мной прибежал парень, которому я поручила вести Джона вместо меня.
- Джон отказывается двигаться дальше, говорит, что понимает, что все равно погибнет. Просит, чтобы ты была с ним рядом, - ни слова не говоря, я вернулась в зал.
Отругала как следует Джона за потерянное время и повела его к удобному месту, где он сможет принять баллоны от роботов и наполнить кислородом свой. Я ему ничего не говорила, мало ли что, не хотелось заранее давать ложную надежду.
Вот подходящая ниша. Я приказала ему сесть, он удивился, но подчинился беспрекословно. Не знаю, какие его в этот момент посетили мысли. Может, он решил, что я привела его к месту, где он должен умереть, чтоб его труп было легче разыскивать? Наверное, так, потому что его голос стал очень невеселым.
Сейчас развеселим, первый робот уже почти добрался до места.
- Внимание! Справа посторонний объект, - уже не скрывая радости, сказала я. Тут и он увидел свое спасение. Больше сомнений в том, что он доберется, не было.
Какое приятное чувство, словами не передать. Я радовалась так же, как и он. Джон вроде всхлипнул, хотя уверенно утверждать я этого не могу. Зато точно знаю, что потом он летел, как на крыльях.
Он смог и отсек открыть, и снова загерметизировать его после того, как попал внутрь. Смог самостоятельно снять скафандр и добраться до медицинского кабинета. Успел вколоть себе лекарство, поддерживающее сердечную деятельность, и только после этого потерял сознание. Стало понятно, что при аварии он получил сильные травмы внутренних органов, теперь надежда была только на его организм, больше помочь мы ему ничем не могли.
Через некоторое время Джон пришел в себя и смог забраться в камеру, подключившись к приборам, которые ему теперь не дали бы умереть, что бы ни происходило. Только тогда мы немного успокоились, стало понятно, что он сможет дождаться помощи.