Он берет пакет, брезгливо спускается, выходит из подъезда, садится в свою крутую тачку, ставит пакет на сиденье рядом, едет, но, проехав небольшое расстояние, выбрасывает пакет на улицу, дает газу и уезжает. Это видит оператор телевидения Зрачков, его играет Ян Цапник, смешной и еще никому не известный актер товстоноговского театра. Он брезгливо усмехается и говорит идущему рядом приятелю:
— Вот за границей себе такого не позволяют. Только наше русское быдло всюду гадит. — И с этими словами, допив пластиковую бутылку йогурта, он легко отшвыривает ее на тротуар. А утром другого дня просыпается в кровати, полной мусора, среди которого и эта йогуртова посудина.
Следующая жертва волшебницы — жулик Редорьян в исполнении Жерара Дармона. Фамилию режиссер позаимствовал у своего собственного же художника по костюмам, которому всегда пел на мотив знаменитой эдит-пиафовской песни: «О, Редорьян, о, жё не Редорьян». Этот едет со своей дачи в город, останавливается на обочине, вытаскивает из багажника старое кресло и швыряет его в лес, туда же улетают сломанный стул и огромный пластиковый мешок с мусором. Редорьяну смешно, потому что на металлическом транспаранте установлен профессионально выполненный плакат: «Не загаживай лес, останься человеком!» и нарисована девственная пуща, рядом торчит на колышке белая доморощенная табличка: «Не свинячить! Штраф 5000 р.» А под плакатом и табличкой целая огромная свалка. Редорьян показывает плакату и табличке вытянутый средний палец и идет к своей машине. А утром он просыпается оттого, что кресло, стул и мешок с мусором лежат у него в кровати. Он вскакивает, злится:
— Что за ёханый бабай!
Четвертая жертва этого утра — главный бизнесмен Чистореченска, владелец домов, автостоянок и самого большого комбината Геннадий Николаевич Архаров. Его играет Олег Янковский. Он просыпается, потому что его трясет жена Марина в исполнении Елены Шевченко:
— Архаров! Проснись! Ты что, не чувствуешь, какая вонь?
Архаров приподнимается, принюхивается, спускает ноги с кровати и кричит:
— Что за черт! То-то мне морг снится...
Марина тем временем включает лампу. Спальня заполнена желто-зеленой вонючей жидкостью, которая в начале фильма владела рекой Чистой, а потом исчезла. Уровень жидкости стремительно повышается, и нечистоты устремляются в кровать. Марина и Архаров идут по колено в мерзкой лаве:
— Фу! Фу! Что за паскудство! Какая гадость!
С вертолета вид на гигантское владение Архарова, дом-дворец стоит посреди озера нечистот, сам Архаров и Марина в халатах прыгают с ноги на ногу в отдалении, и слуга поливает их из шланга.
А волшебница идет по чистым улицам Чистореченска, смотрит по сторонам и улыбается. Худенькая пятидесятилетняя женщина, миловидная, опрятно и скромно одетая. Когда-то Незримов хотел, чтобы ее играла Самохина, потом он уговаривал жену, но выпросил только голос, а саму роль в итоге отдал Ире Купченко. Ланового тоже чуть не пристроил в свою новую картину, Василий Семенович с удовольствием согласился на неожиданное для него амплуа — сыграть архиерея, смиреннейшего владыку Евлалия, архиепископа Чистореченского и Атуевского. Но на пробах все в один голос выступили за Петренко. Впрочем добрый Вася и не обиделся, кино есть кино.
Веселая волшебница идет по улицам Чистореченска, и выплывают титры: кинокомпания «Эолова Арфа» совместно с «Сентрал партнершип» представляет фильм Эола Незримова «Волшебница». В главных ролях... перечисляются актеры, сценарий и постановка — Эол Незримов, главный оператор — Юрий Шайгарданов, композитор — Габриэль Яред, звукооператор — Глеб Новостин и так далее, и так далее... продюсеры Рубен Дишдишян и Марта Пирогова.
Команду к концу их жемчужного года удалось собрать убойную, что ни актер, то личность, оператор тот, который снимал «Собачье сердце» и «Страну глухих», и великий Яред согласился написать основную мелодию, а главное — денег нашли достаточно для хорошего качества съемок и спецэффектов.
Удача поперла после Байкала и мощного урагана, который обрушился на Москву и Подмосковье буквально на следующий день после их возвращения на дачу «Эолова Арфа».
— Мы очистились в водах священного озера, а этот ветер унесет все наши беды, — сказала Марта Валерьевна, на что Эол Федорович разумно ответил:
— Аминь.
И уже к очередному 13 марта все подготовительные работы закончились, понеслись на «Мосфильме» студийные съемки. Десять лет он ничего не снимал, все лихие девяностые, и все было как в первый раз, страшно — а надо, не получается — а нужно себя заставлять.
Он задумал фильм об ответственности за свои поступки, о неминуемости наказания, как аукнется, так и откликнется, не плюй в колодец, не рой другому яму, все просто, но как наплевала в колодец этой простой истины эпоха последних лет! Безнаказанность и несправедливость стали девизом России. Или как там дьячок в чеховской «Хирургии»-то? Согрешихом и беззаконновахом.
