Я уже собиралась выгнать птицу, как вдруг ее голова с хрустом запрокинулась наверх. Щелк. С таким звуком вытягивались руки и ноги Марота в соборе святого Базиля. Щелк. Теперь ее шея была уже длиной с мою руку. Еще один щелчок, и левая лапа дронго выдвинулась вперед и удлинилась. Щелк. А потом и правая. Щелчки раздавались беспрерывно, из покрытой перьями кожи вырывались кости и вырастали до размера человеческих руки и ног.
Мне хотелось закричать и сбежать. Но я боялась того, что сделает эта тварь, если я хотя бы моргну. Поэтому я наблюдала за ней под какофонию щелчков и хруста, пока она не встала на костяных ногах.
Перья цвета обсидиана упали на ковер и исчезли. Кости обросли сухожилиями, а те, утолщаясь, стали мышцами, прямо на моих глазах будто рождался человек, только вне утробы. На его груди образовалась влажная, мясистая и покрытая жиром мышца, она билась и качала кровь, которая теперь текла по черно-синим венам.
Я ущипнула себя. Шлепнула себя по щеке. Открыла рот, чтобы закричать.
– Нет. Не кри-чи.
Каждый слог звучал в своей тональности, словно они проскакивали через зазубренное горло.
Я подчинилась. Мои руки дрожали. Матушки здесь не было, и я не могла даже помолиться.
На мышцы натянулась кожа – с таким звуком кожевенник растягивает коровьи шкуры. Она была бледно-голубая и прозрачная.
Выросли и глаза, и ресницы над ними. А чуть ниже взбух нос, как гора после землетрясения. И на гладкой коже прорезался рот.
Из головы, словно лианы, прорастали сияющие лазурные волосы, выпрямляясь, пока не удлинились до пояса.
Теперь передо мной стояла женщина. Ее глаза были белыми, пока в них не появились зеленые водовороты, сформировавшие спиральные зрачки.
Груди у нее были небольшие и без сосков. В животе возник пупок, казавшийся неестественно гладким. На пальцах выросли ногти, а на ладонях сами собой прочертились линии.
И наконец, творение было закончено. Ее губы были похожи на лед. И когда она шагнула ко мне, юрта наполнилась холодом. Вот только она не шагнула. Ее ступни не касались ковра. Она парила над ним, шевеля пальцами ног.
– К-к-кто т-ты? – Я не могла сдержать дрожи.
– Успокой свое черное сердце, Сира. – Голос такой воздушный, словно мог подняться над облаками. – Я не причиню тебе боли… тем способом, какого ты боишься.
Лучше бы я не снимала повязку с глаза. Никогда не сдергивала покров с другого мира.
Пока она смотрела на меня, ее зрачки растворились, осталась только туманная зеленая поверхность. Затем они преобразовались в спирали и снова растворились, как будто с трудом сохраняли форму.
– Глаза – это вечная проблема, – сказала она. – Но остальное ведь тебе нравится?
– Ч-что?
– Это простой вопрос, Сира. Тебе нравится то, что ты видишь?
Не считая глаз, бледной кожи и еще нескольких странностей, тело было вполне человеческим. Изящным и с тонкими руками, как у Веры.
– Т-т-ты в-выглядишь н-нормально.
– Всего лишь нормально? – Она мрачно и гортанно хмыкнула, ничего общего с нежным и воздушным голосом. – Я долго старалась, чтобы принять этот облик, и надеюсь, ты его оценишь. Если хочешь знать, я дэв.
– Д-дэв?
– Мы вроде джиннов.
Джиннов? Ну конечно. Только джинны и ангелы могут менять форму.
– Меня зовут Саурва, я дочь Ахрийи.
– Дочь… кого-кого?
– Ты же не глухая, Сира. Ты меня слышала.
Она присела передо мной на корточки. Ее окружил сверкающий, как бриллиант, ореол. Она намотала на палец лазурный локон и подкрутила его.
– А ты думала, что можешь заглянуть за покров, но при этом оттуда никто не заглянет в ваш мир?
– Я-я-я… никогда не хотела… никогда не просила наделить меня способностью заглядывать за покров.
– Ты сама-то в это веришь?
Я сделала глубокий вздох и выдержала паузу. Потерла ладони. Подумала о матери. О ее стойкости и тепле. Она стояла лицом к лицу со смертью. Потеряла обоих сыновей. Конечно же, я сумею противостоять всему, что бы это ни было.
– Чего ты хочешь?
Саурва попыталась коснуться моей щеки, и я вздрогнула. Она подплыла ближе, не касаясь ступнями ковра, но по-прежнему сидя на корточках.
– Считай меня заменой Марота. – Она улыбнулась так, словно не знала, как надо улыбаться. – Ты просто мелкая норовистая крыса, даже после всего, что мы для тебя сделали. Совсем негодная замена Лунары. Она была бесстрашна.
– Кто такая Лунара?
– Не важно. – Ее левый зрачок растворился, но правый остался спиралью, которая вращалась, гипнотизируя меня. – Дам тебе совет, Сира. Не позволяй своим людям войти в Зелтурию.
Но именно таковы были наши намерения. Лучшего времени для захвата Зелтурии не придумаешь, пока засевшие внутри враги изматывают друг друга. Промедление позволит крестейцам укрепиться.
– Почему?
– Сейчас Зелтурия стала эпицентром другого мира. Нового царства ангелов.
– Что-что?
– Хватит вести себя как невежда. – Существо гортанно хмыкнуло. – Больше всего на свете ненавижу глупых и напуганных крысенышей. И не забывай – это ты послужила всему причиной. Если бы существовал вселенский закон, ты отправилась бы прямиком в ад. И мы обе кипели бы в твоей крови.
