— Это было нелегко. Как я уже говорила, он находился внутри меня. Но я старалась делать и думать ровно то, что он хотел видеть: Морриган, которая развлекается, держа сидхи в качестве питомца. Я искала способ вернуть её тебе, но потом произошло Теу Биад, и в те дни я уже не могла сопротивляться демону. Я не смогла помешать ему передать твою сестру Брану. Мне жаль.
Я вспомнила тот день, когда увидела её во дворце — она прогуливалась с моей сестрой на поводке. Тогда оба её глаза были чёрными.
— Она едва не умерла.
Я не обвиняла. Просто озвучила факт. Потому что не могла не озвучить. Найти сестру искалеченной в той башне стало худшим воспоминанием в моей жизни. Уже не имело значения, кто виноват. Это случилось. И кровь, и сломанные лапки, и её отчаянные всхлипы — всё это навсегда осталось в моей памяти.
Морриган смотрела прямо, не отводя взгляда, не моргая.
— Вот почему я особенно рада, что ты убила Никого.
Что ж. В этом мы сошлись.
— Ты тогда, на пристани, узнала, кто мы такие?
— Нет. Я думала, вы просто сидхи, которым очень не повезло. Когда твоя сестра превратилась в медведя, это было… — Её губы дрогнули, но улыбки так и не последовало. — Тараксис давным-давно прокляла меня, запретив причинять вред этим животным. Это меня удивило, конечно. Но ведь многие фей способны менять облик, особенно если не контролируют свои силы или находятся в состоянии паники. Я приняла это за случайность. И, к счастью, Никто тоже.
— Я у тебя в долгу. — Когда она нахмурилась, я просто подняла руку. — В долгу.
— Хорошо, как скажешь. Буду хранить этот долг от Инициаторки как нечто драгоценное.
— Не называй меня так, — проворчала я.
В её глазах на миг вспыхнула насмешка — и тут в моей голове встала на место ещё одна мозаика.
— Ну… — Гвен протянула слово, выгнув брови. — Не хочу менять тему, но я всё ещё перевариваю мысль, что Реанн Болг находится здесь в заточении. Не говоря уже о других людях, которых мы видели в особняке. Волунд сказал, что всех их отправили в рабочие районы, но теперь ясно, что он солгал.
Глаза Мэддокса потемнели.
— Он переворачивает всё с ног на голову. Теперь он хочет, чтобы люди служили сидхи, так же как он сам и его предки были вынуждены служить Хайфайдам.
Я провела рукой по волосам, убирая пряди со лба.
— Мы не можем этого допустить. Реанн ужасна, я сама столкнулась с ней во дворце, но… сейчас у неё раны. И она напугана. Это совсем не тот способ изменить что-то в Гибернии, какой я себе представляла.
Мэддокс вытянул ноги перед собой.
— Я тоже так не думал. Но я знаю Волунда. Он быстро вживается в роль «короля» и заручился поддержкой Инис Файл и всех сидхи Анисы.
Веледа наклонила голову набок.
— Не всех.
— Что?
— Вчера, когда мы пришли, вы не заметили тех, кто сейчас живёт в цитадели? Многие выглядели… неловко, будто им не по себе от того, что они здесь.
Гвен поморщилась.
— Нам не стоит забывать, что мы здесь в гостях. И в одном они правы: нам нужно укрытие. Сейчас слишком опасно отправляться в Тадор или Реймс, чтобы воссоединиться с остальными.
— Но оставаться — не значит принимать все их порядки, — сказала я. — Мы должны сделать ситуацию лучше. Любой ценой.
Мэддокс похлопал себя по бёдрам и встал.
— Согласен. А выводить Волунда из себя — всегда поднимает мне настроение.
Фионн поднял свою флягу и будто бы чокнулся с кем-то невидимым.
—
Мы все уставились на него. Он без труда заговорил на запретном языке.
— Что он сказал? — с осторожностью спросила Гвен.
Мэддокс усмехнулся.
— Пожелал мне удачи.
Мы встали — странная встреча была окончена. Гвен подошла к Морриган. Даже сгорбленная, та была на голову выше. Но по тому, как Гвен задрала подбородок, чтобы смотреть ей в лицо, было ясно — ей плевать.
— Хочу, чтобы ты знала: без цепей ты гораздо красивее. Ну, ты поняла. — Она указала себе на нос. — И вообще… Это чудо, что ты столько лет продержалась при Дворе и не бросилась с утёса.
Морриган медленно моргнула.
— Кто сказал, что я не пыталась?
Гвен рассмеялась.
— Кажется, ты мне понравишься. Пошли, расскажешь мне свои ужасные воспоминания — пока ищем нормальный завтрак. И пиво.
К моему удивлению, Морриган приняла её руку. Она всё ещё была слаба, но я заметила, как её сжатые губы едва заметно расслабились. Я её понимала. Гвен так действовала на людей.
Прежде чем уйти, я подошла к Фионну и заговорила шёпотом:
— Я знаю, что ты — её отец, — прошептала я, кивнув в сторону Морриган. Его глаза распахнулись — он явно напрягся. — Ну, раньше я не была уверена. А теперь — да. Ходит много легенд о твоей мимолётной связи с Никсой. И знаешь что? У твоей дочери — твои глаза.
Глава 18
Аланна
