Эпоха героев полностью

Я наклонилась и поцеловала край одного из уз. Провела языком по той самой татуировке, что была вовсе не чернилами — синяя, с переливом в индиго на его смуглой коже. Солоноватая, тёплая, с лёгким жжением. Магия скользнула по моему языку, как фейерверк.

— Чёрт, Аланна, — прорычал он.

— Тсс. За этой дверью — комната Гвен. Лучше, если она ничего не услышит.

Я покрывала его открытую грудь влажными поцелуями, и когда добралась до шеи, он так вжался в стену, что я испугалась — не повредит ли себе крылья. Похоже, его это не волновало. Я прикусила напряжённые сухожилия у него под челюстью, ощущая на вкус его пота и ночной воздух, осевший на коже. Он летал. До того, как появился у меня на балконе, он летал.

Он летал все эти недели, и ни разу я не смогла полететь с ним. И это сводило меня с ума — хоть я и не хотела в этом признаваться.

Мои руки скользнули к его брюкам. Я почувствовала, как его пульс участился — в унисон с моим. Внутренняя сторона запястья коснулась его паха, и он зашипел. Он горел. Я чувствовала жар даже сквозь ткань.

— Святая богиня… Это… Кажется, это не лучшая идея.

Я посмотрела на него. Его грудь уже тяжело вздымалась. В его взгляде проступил страх, и это совсем не то, чего я хотела добиться.

— Эй. — Я поймала его глаза, не отпускала, пока не почувствовала, что он действительно видит меня. Я улыбнулась — мягко, легко. — Ты мне доверяешь?

Его ресницы дрогнули. Он зажмурился, потом открыл глаза снова — и что бы он там ни увидел во мне, этого оказалось достаточно, чтобы сломать остатки сопротивления.

— Чёрт. Чёрт. Ты и твоя чёртова улыбка…

Мои губы расползлись в улыбке до боли в щеках.

— Засчитаю это за «да». Я знаю, что тебе нужно, дракон. Просто доверься.

Я опустилась на колени. Холод кафельного пола я не почувствовала — он был тёплым от жара, который исходил от Мэддокса без остановки. Он не стал мне помогать — не пошевелился, не вмешался, не стал упрощать. И это было правильно. Я знала, что он изо всех сил сдерживается: не двигаться, не думать, не сбежать.

Резким, уверенным движением я расстегнула его пояс и освободила его член. Из нас вырвался одинаковый, сдавленный стон. Хотя всё это было для него, между моих ног уже пульсировало от желания. Я уселась на пятки и подняла на него взгляд.

Он был сосредоточен только на мне. Отрешённый. В его глазах почти не осталось зрачка — лишь расплавленное золото. Губы приоткрыты, дыхание частое. Тёмные пряди спадали на лоб и щеки, серьга-стрела качалась, указывая прямо на меня.

— Только ты и я, — пообещала я хрипло.

— Это… не по-настоящему.

Я обхватила его член у основания. Или попыталась — он едва помещался в ладони. Горячий. Твёрдый. Гладкий. Я сжала его чуть сильнее, и из его груди вырвался сдавленный звук.

— На ощупь — вполне настоящий.

Я провела пальцами вверх, по всей длине. На головке уже блестели прозрачные капли — я собрала их большим пальцем и провела им по губам.

Мэддокс выругался сквозь стиснутые зубы:

— Аланна…

— Забавно, ты на вкус не такой, как говорят. Я слышала, многие женщины жалуются… — Я нахмурилась, когда по языку скользнул фруктовый привкус. — Это как…

— Потому что ты моя пара, — выдохнул он, голос его звучал, как эхо из подземного грота — хриплый, низкий, опасный. — Для меня ты на вкус как мёд.

Вдруг всё стало ясно. Почему он вгрызался в меня между ног, как будто не мог насытиться. Почему пил меня, как воду в пустыне. Я сжала бёдра, убрала палец с губ.

— Вот уж правда, naidh nac — сплошные преимущества.

Улыбка, что расплылась на его лице, заставила моё сердце забиться быстрее — в хорошем смысле.

— А это только начало, — прошептал он.

— Отлично.

Я наклонилась и облизала головку. Из нее тут же вытекло ещё — и он выгнулся, а я осмелела. Мои руки скользнули по его бёдрам, и я взяла его в рот настолько глубоко, насколько могла. Полностью он не входил, но, судя по сдавленному стону дракона, это было совершенно неважно.

— Sliseag, — выдохнул он — и я не поняла, это была мольба, предупреждение или отчаянный стон.

Его руки зависли в воздухе над моей головой, не смея прикоснуться. И всё же, когда я увидела, как он вонзает пальцы в стену за своей спиной, слыша, как трескается камень… я улыбнулась про себя.

Я схватила его за запястье. Не вынимая его изо рта, подняла на него глаза — и направила его ладонь в свои волосы, обхватив её своей рукой и заставив вплестись в мои пряди.

Его дыхание участилось, когда он понял. Когда скользнул взглядом по моему лицу, по телу — и понял, что я хочу, чтобы он не сдерживался. Что я доверяю ему.

И дракон тоже.

— Чёрт, Аланна, — прорычал он. — Ты меня прикончишь. Я это знал. Давно знал… — Его пальцы зашевелились в моих волосах, вцепились крепче. Он потянул мою голову назад, заставляя меня отпустить его член — нехотя, с влажным, пошлым звуком, который эхом отдался у него в зрачках. — Я пропал, потому что мне плевать. И тебе тоже, правда ведь?