При всём этом со мной продолжали нормально общаться. Пвил осторожно снял с меня камею и защитные амулеты, стараясь не вызвать взрыва, и предупредил, что татуировка и цвет моих глаз вернутся не сразу, а через какое-то время. Затем он настоял, чтобы я пошла с ним и его дочерью в оранжерею. Весна была замечательным временем для пополнения друидских запасов. Чтобы не вызывать подозрений у Веледы, я согласилась. И хотя я всё время молчала, мне повезло узнать от друида много всего полезного. Его знания невероятны.
Однажды вечером, когда я пыталась провести время с Хопом и помочь ему в его делах (из чувства вины, конечно же), одна из балок на потолке громко скрипнула, и брауни выгнал меня оттуда, размахивая метлой и крича: «Прочь, прочь! Ты и так уже его разозлила!»
Девушки нашли меня в библиотеке. Гвен обняла меня так сильно, что чуть не задушила.
— Я хотела сделать это, когда увидела тебя на параде, — уверила она меня. — Прости, прости за всё. Мэддокс уже всё нам рассказал, и хотя я знаю, что ты знаешь, я…
Я зажала ей рот рукой.
— Ещё одно извинение, и я уйду.
— Я же говорила, — пробормотала Сейдж, потягиваясь. Дорога сюда из Эйре, полагаю, была настоящим испытанием. Сейдж похлопала меня по плечу и ухмыльнулась: — Молодец. До меня дошли слухи, что ты чуть не утопила Реанн Болг в фонтане.
Герцогиня внезапно отложила документы, которые читала, вместе с бокалом виски.
— Что ты сделала? — Она помолчала. — Болг, говоришь? Хмм.
— Реанн — это ходячий кошмар, — уверенно заявила Гвен. — Мы вместе учились в школе для благородных девиц, и она представляла собой угрозу для всех остальных девушек. Ей нравится причинять боль.
— Да, я заметила.
Я рассказала, что это она выпихнула меня из кареты, а также о её презрительных комментариях о Сутарланах. Услышав это, герцогиня посмотрела на меня так пристально, что мне стало не по себе.
— Думаю, единственный плюс в том, чтобы быть Дикой Охотницей, — это то, что мне не нужно участвовать во всех этих мероприятиях с другими придворными леди, — сказала Гвен.
— И конкурировать на брачном рынке, — добавила Сейдж.
Блондинка широко улыбнулась.
— О да. Мало кто из мужчин рассматривает в качестве жены элитного воина. Но как любовницу? Я весьма востребована, честно говоря.
Мэддокс вошёл в библиотеку последним. Его взгляд стремительно скользнул по присутствующим, пока не нашёл меня, и тогда, словно солдат на задании, Мэддокс направился прямиком ко мне. Его лицо уже выглядело намного лучше. Хотя заклинания не позволяли ему исцеляться с драконьей скоростью, гематома на его челюсти уже приобрела желтоватый оттенок, а от пореза на губе осталась всего лишь розовая линия.
Я уловила его запах, и что-то подпрыгнуло и перевернулось у меня в животе.
— Если я спрошу тебя, как ты, ты снова нападёшь на меня?
— Попробуй.
Его глаза прищурились, весело поблёскивая.
— Как ты,
Я протянула ему руки.
— Цела и невредима, как и обещала.
— Хорошо. Я… Ай! — Он метнул грозный взгляд на Гвен, когда та толкнула его локтем. — Я как раз собирался об этом сказать. Ты такая нетерпеливая!
Я приподняла брови.
— Что происходит?
Мэддокс сложил руки на груди и расставил ноги. Поза показалась мне весьма оборонительной. Вероятно, он полагал, что мне не понравится то, что он собирается сказать.
— Мы тут кое о чём подумали… — Его перебило многозначительное покашливание. — Вернее, Гвен подумала. Просто дай мне договорить, прежде чем посылать меня к чёрту, хорошо?
Всё больше заинтригованная, я прислонилась к столу.
— Ладно.
— Помнишь, когда мы были в На-Сиог и говорили с Цето и Секваной?
Я кивнула. Невозможно было забыть этих двух пожилых мерроу и их козу, жевавшую мою юбку.
— Они рассказывали тебе о Бельтайне, одном из древних праздников, которые отмечали во времена правления Триады. — Они также сделали много завуалированных намёков, вызвавших у меня жгучее любопытство, хитрюги. — Так вот, он состоится через три дня. В этот день женится Хигель, и мы с Гвен и Сейдж обещали, что, если будет возможность, мы обязательно приедем. Мы успеем вернуться задолго до той даты, о которой ты думаешь, и, хотя я знаю, что тебе не нравится терять…
— Хорошо.
Мэддокс замолчал. Я заметила, как лицо Гвен, выглядывающее из-за его плеча, постепенно озаряется, и также почувствовала пронизывающий взгляд Игнас в спину.
Впервые вижу, чтобы дракон потерял дар речи. Он молча шевелил губами несколько секунд, прежде чем прийти в себя.
— Хорошо? Ты хочешь поехать?
«Хочу» — не совсем правильное слово. Скорее, я почувствовала внезапный порыв, некий ветер, шепчущий мне на ухо: «Сделай это. Отправься в ещё одно приключение. Узнай больше, чтобы потом рассказать об этом Каэли».
Как он верно заметил, у нас ещё есть время. Оставаться в замке и бесконечно размышлять о том, что нас ждёт, бесполезно.
