В прошлый раз, когда маскировочные чары спали, у него их не было, я точно помню. Откуда?..
Он пересёк спальню в два шага и обвил меня своими сильными руками, прижимая к себе.
— Аланна, слава богиням… — Одна из его рук вплелась в мои волосы, удерживая голову, а нос уткнулся в изгиб моей шеи, вдыхая запах. Краешек одного из рогов слегка касался меня. — Ты очнулась. Ты… — Он отстранился и посмотрел на меня с тревогой. — Как ты можешь стоять? Ты…
— Со мной всё в порядке, — поспешила заверить я. Мне хотелось его успокоить. Да и это чистая правда.
Его взгляд остановился на перевязанных ранах, и я заметила момент, когда что-то мрачное появилось в глубине его глаз. Такие янтарные, что казались почти жидким золотом, они наполнились жаждой крови и обещанием мучительной смерти. Мэддокс медленно вдохнул через нос, чтобы взять себя в руки. По моей спине пробежал холодок.
— Он заплатит за то, что сделал с тобой и твоей сестрой, ша’ха, — пообещал Мэддокс голосом, полным смертельной угрозы.
В голове заметались мысли, точно снаряды. Мой мозг пытался переварить всё, что свалилось на меня за такое короткое время. Особенно крылья, рога и выброшенные за борт двадцать четыре года самопожертвования. Не только Мэддокса, но и многих других.
Я застегнула рубашку.
— Со мной всё в порядке, — повторила я третий раз за несколько минут. — Я хочу увидеть свою сестру.
Он не колеблясь кивнул. Угроза всё ещё витала в воздухе вокруг него, как предвестник бури.
— Я отведу тебя к ней.
Он взял меня за руку, и мы вышли в коридор. Почти сразу наткнулись на картину, на которой был изображён Толл-Глор. Я поняла, в какой спальне меня разместили. Со стороны лестницы доносились громкие голоса. Пока мы спускались вниз, Мэддокс шёл впереди, я за ним, и мой взгляд всё время падал на его рога. С ними он казался значительно выше.
В вестибюле замка шло какое-то собрание, но при моём появлении все голоса смолкли. Пвил держал в руках бумагу, и все собрались вокруг него. Абердин, Веледа, Сейдж и Оберон с двумя своими помощниками, Персиммоном и Мэдоу. Никто из них не был рад встрече.
И больше всего меня поразило то, что у двух последних не было никаких чар, скрывающих их фейские черты. Они выглядели почти так же, как в На-Сиог.
— Аланна. — Пвил закрыл глаза; его лицо озарило облегчение.
Я сжала руку Мэддокса, думая, что все набросятся на меня. Я чувствовала себя эгоисткой, но Каэли…
— Сначала я отведу её к сестре, — сказал Мэддокс. Затем бросил пристальный взгляд на Оберона. — Продолжайте заниматься своими делами.
Хотя они и кивнули, было видно, что им хотелось лично убедиться, что со мной всё в порядке. Я натянуто улыбнулась им и позволила Мэддоксу повести меня на кухню. Оглядываясь вокруг, я чувствовала себя очень растерянной.
— Она в порядке, но всё ещё очень напугана. — Дракон медленно подошёл к нижней части чердака, где были сложены ящики, мешки и бочки. — Проснулась несколько часов назад и бегала по всему замку, пока не спряталась здесь. Мы не хотели её беспокоить.
Сердце так сжалось, что, казалось, застряло в горле. Я искала среди всех этих предметов знакомое лицо, зелёные глаза, маленький…
Между двумя бочками показался маленький коричневый носик. К моему удивлению, там были и Хоп с Дедалерой. Кабан дремал на лапах, похрюкивая во сне. Брауни стоял, скрестив руки, и, увидев меня, нахмурился.
— Ну наконец-то! Этот маленький комок шерсти разнёс всю мою кладовую.
Я встала на четвереньки и подползла ближе.
— Леэки? — прошептала я. — Это я. Аланна’са.
Носик задрожал, принюхиваясь, и тогда между бочками протиснулась маленькая мохнатая головка, раздвигая их. Пара чёрных глаз смотрела на меня. Через секунду медвежонок бросился ко мне на руки.
Я прижала её к груди. Она нетерпеливо облизывала моё лицо, пытаясь забраться лапами выше. И я… я заплакала. Мне хотелось остаться в этом моменте навсегда, окутанной энергией моей сестры, чувствовать её рядом, живой.
Краем сознания я ощущала, как тьма кружит позади, тоже желая подойти ближе.
Рука Мэддокса легла на мой затылок.
— Вы обе в порядке, — сказал он, словно знал, что мне нужно это услышать. — Вы в безопасности и вместе.
Я облокотилась на него, с Каэли, прижавшейся к моей груди, и позволила себе ощутить весь этот поток чувств, не чувствуя ни капли стыда, под тихий шёпот Мэддокса.
Когда я смогла дышать спокойно, не переживая все чувства мира, я провела руками по мохнатому телу сестры. Никаких ран, её лапы были в полном порядке. Как и я, она полностью излечилась. Так даже наша кровь не смогла бы.
Я посмотрела ей в лицо. Слёзы размером с жемчужины катились по её носику.
— Теперь ты можешь вернуть человеческий облик, — прошептала я. — Опасности больше нет.
Я почувствовала, как Мэддокс немного отодвинулся за моей спиной.
— Пвил пытался это исправить, но сказал, что не чувствует никакой чужой магии, действующей на неё. Он не знает, что с ней сделала Морриган.
