Отсыпанный гранитным песком тротуар закончился вместе с забором. Дальше тропинка, которая «вливалась» в дорогу. Энтони шагал бодро, несмотря на дневную загрузку. Он специально приберёг одну Бодрость на вечер.
Трава уже была достаточно высокой, здесь же тепло начинается чуть не в марте. Да и зимы, как таковой, нет. На севере, в Рутланде, снег выпадает, но тоже ненадолго. И не каждый год даже.
Мост через ручей. И вот уже станция видна. Домик смотрителя, платформа. На которой уже человек десять ждёт поезд. С другой стороны от станции имеется деревня.
Когда Энтони вышел на платформу, деревенские не удивились. Молодой парень, крепкий, пришёл со стороны лагеря. Всё ясно. К тому же, перстень мага.
Энтони достал часы. Ещё минут пятнадцать. Хорошо пришёл. Пораньше, но не сильно рано…
… Пассажирские вагоны здесь имелись следующих типов. Общий (или четвёртого класса), с одним входом. Внутри деревянные лавки. На таком Энтони Кольер добирался из дома до Бурсы. А потом оттуда до столицы. Такие вагоны серого цвета.
Вагоны третьего класса уже имеют раздельные купе. Вход тоже один. Сидения все ещё деревянные, но при посадке кондуктор выделяет отдельное спальное место — плацкарту.
Окрашиваются в зелёный цвет. Купе на четверых, с верхними полками.
Вагоны второго класса — жёлтые. Отдельные купе со сдвижными дверями на двух человек. Вместо сидений — диваны. Шесть купе на вагон.
И первого класса. Синий цвет. Три больших купе на вагон. Из каждого купе есть отдельный выход. И там даже Энтони Кольер не бывал. Поэтому и решил исправить это досадное недоразумение. А для чего ещё нужны деньги?
— Найдём место, уважаемый? — спросил Энтони у важного, как аристократ, проводника.
С окладистой бородой в синем железнодорожном мундире. Он стоял у выхода из вагона.
— Конечно, господин, — быстрый осмотр потенциального пассажира, видимо, удовлетворил служащего. — Прошу вас.
Проводник довёл Энтони до третьего, дальнего купе. Предупредительно распахнул дверь, откинул лесенку.
— Мне мисрийскую сигару, если возможно, — попросил Энтони. — И чашку кофе.
(
— Не извольте беспокоиться, — склонил голову проводник. — Как отправимся, сей момент.
— Великолепно, — у Энтони уже включился аристократ.
И он это произнёс вежливо, но с характерным холодком. Потому что обслугу нужно держать на расстоянии.
Ну, что сказать… Шикарно. Словно не купе поезда, а небольшая гостиная. И это не одна комната. Спальня отдельно. Стены отделаны тёмно-синей блестящей тканью. На окнах шторы. На окне двери, кстати, тоже.
Вокруг круглого стола стоят три кресла. Энтони, определив трость в корзину для зонтов около двери, сел в одно из кресел, бросил шляпу на стол. Вытянул ноги.
— Неплохо, — произнёс он.
С этого момента ездим только так. Если, конечно, средства позволяют. И обстоятельства.
«А есть же ещё и люкс. Два купе на вагон».
Не говоря уж о специальных вагонах-салонах. У каждого уважающего себя герцога или маркиза, не говоря уж про правящие фамилии, имеется собственный вагон. И тут можно очень неплохо жить, если имеются денежки. Другой вопрос, что к этому прилагаются и соответствующие проблемы. Вот этого хотелось бы избежать.
Снаружи донеслась заливистая трель свистка. Вскоре послышался паровозный гудок. А затем характерно дёрнуло. И пейзаж за окном медленно стал уплывать назад. Проехала мимо окон табличка с названием станции. «Рошпо».
«А не прокатиться ли нам так подальше?» — пришла Энтони мысль.
Можно до Борнмута. На запад от Арианы. Это двое-трое суток. Или на восток, до Лутона. Примерно столько же. Или вообще махнуть на пять дней до Лидса, что к югу от Борнмута. Или проехать на юг же от Лутона, до Рипона.
«Начинается» — усмехнулся Энтони.
Это от Максима. Тому вечно не сиделось на месте. Он бы не смог, как Энтони, просидеть несколько лет в столице.
«Сначала вытащим физуху».
А потом… Почему бы и нет? Осенью посетим столицу, сходим к леди Неви, Альберто подстрахуем. А там кинем монетку. Куда направиться.
«Кстати. Можно и отца Энтони проведать. Денег подкинуть старику».
