Что может быть лучше парного вьюка из двух РПО-А? Разве только два таких вьюка. Или три. Мы с такими штуками можем много от кого отбиться и много кого победить. Шесть «Мух» у нас с собой, а теперь еще и два «Шмеля».
– Губу не раскатывать! – сказал Белецкий. – Не используем – привезем обратно.
– А может на боевые спишем, а? – с надеждой спросил Кэмел.
– Даже не надейтесь. – решительно ответил наш проводник. – Пошли со мной, за ракетницами.
– А ракетницы зачем? – спросил я.
Белецкий посмотрел на меня как на слабоумного, как будто пытаясь понять, на самом деле я что-то сказал, или ему послышалось.
– Как зачем? А мертвяков развлекать?
– Ты о чем? – еще меньше понял я теперь. – В честь праздничка сегодняшнего?
У него брови полезли на лоб.
– Вы что, так не делали? И какого праздничка?
– Как не делали? – продолжал тупить я. – А праздничек простой – день рождения Ильича.
– На хрен Ильича. Толпа мертвяков вокруг, например. – терпеливо начал он объяснять мне. – Если выпустить ракету в поле их зрения, или даже зажечь фальшфейер, то пока ракета не прогорит, они на нее таращатся, на тебя внимания не обращают.
– Опа… А мы и не знали. – восхитился я местной изобретательностью. – Мы только про воду в курсе, что мертвяки в воду не идут.
– Это мы тоже заметили, давно уже. – подтвердил нашу догадку лейтенант. – Плавать они не умеют, а ходить в воде не получается, враждебная среда. У нас ребята проверяли, столкнули одного мертвяка в пожарный пруд, что у складов ГСМ. Там ему воды по грудь всего было, и то он не мог оттуда выбраться сутки, хоть никто ему не мешал. Так на одном месте и бултыхался, вставал, пытался идти и падал.
– Значит, вот как… – кивнул я. – Слушай, а ведь у вас и порт, и судостроительный, и прочее, не проблема окопать каналами территорию, наверное, как думаешь?
– Без понятия, я в этом каналостроении как свинья в апельсинах. – пожал он плечами. – Наверное. Ладно, давай людей за всякими фейерверками, тогда и с вами поделимся.
До старого ППД полка в Золино дошли с колонной, без единой проблемы. Проскочили через КПП, в котором вместо ворот стояли два МТ-ЛБ. Один со щитами наверху, превращенный в гибрид ворот и баррикады, уставил ствол КПВТ в поле. Модернизированная «маталыга», Муромского тепловозного завода переделка, у старых башня с одним ПКТ.
В поле было немало трупов, многие разорваны в клочья четырнадцати с половиной миллиметровыми пулями из пулеметов. Некоторые из них еще шевелились – разнести их разнесло, но не убило. На крыше «маталыги» со щитами сидели пятеро контрактников и офицер, у всех АК-74М с оптикой. Оптимальное оружие для обороны чего-либо от мертвяков, бредущих отовсюду поодиночке. И патроны экономятся, и отстреливать можно метров за двести, а за сто так наверняка, чтобы потом под самым носом не воняло.
Расположение части было уже изрядно разорено. Группки военных и гражданских выносили из казарм разобранные кровати, тумбочки, пирамиды из оружеек, кряхтя и погибая под ними. Не приходилось таскать оружейные шкафы по лестницам? Врагу не пожелаешь. Белецкий подошел к двум стоящим рядом машинам связи на базе «Уралов», рядом с которыми вверх тянулись антенны на растяжках. Постучал в дверь одного из кунгов, оттуда выглянул военный с капитанскими погонами. Белецкий подозвал меня, представил:
– Знакомься, наш начсвязи, капитан Рубцов.
– Крамцов. – протянул я руку капитану связисту.
– Договоритесь о связи, в случае чего они смогут выслать помощь. – сказал Белецкий.
– Так толку то? – возразил я. – У нас кроме «Северков» и нет ничего, а когда там и где растягивать антенну? А со штыря до тридцати на ровной местности. Это, считай, как раз от города и досюда.
– На крышу заберетесь, если очень подопрет. И антенну растянете. – сказал Рубцов. – А мы, случись чего, можем пару «маталыг» с бойцами послать вам для эвакуации. У меня на прием аппаратура серьезная, так что сверху должно будет добить. А на прокат дать ничего не могу, все уже вывезли.
После визита к начсвязи Белецкий притащил в машину полный РД гранат, сплошь РГО и РГН.
– Раскулачил народ с КПП, – пояснил лейтенант. – Им все равно без надобности, с мертвяками они и так справляются, а нам пригодиться могут.
– Могут. И по любому остатки на боевые спишешь. – сказал я задушевным тоном.
– Не до хрена ли будет? – притворно возмутился он.
– В самый раз, или сам от мертвяков отбиваться будешь. Ладно, грузись в головную машину и тронули. Я за руль.
Я плюхнулся на водительское сиденье уазика, от которого отвык за последнее время. Белецкий сел справа, а Василий у меня за спиной. Сергеич, Шмель и Леха ехали во второй машине. Машина разведки, машина оружия.
