Омерзительное и пугающее чувство. Очень омерзительное и очень пугающее. Будто падаешь в бездонную пропасть с дерьмом. Лишь ощутив на вкус толику того спокойствия и контроля, о котором всегда мечтал, я впервые почувствовал себя живым. Не знаю каким образом я смог прожить столько лет, но когда ты теряешь себя в позывах ярости, гнева и раздражения — это ужасает. Прямо сейчас я вновь вернулся к своему прошлому. Вторичное состояние находилось на абсолютно ином уровне. В нынешнем положении сердце Опустошителя не могло уравновесить столь мощную Жажду Неистовства и впервые за последние месяцы я понял, что вновь теряю себя. Возвращаюсь к былому.
Я ненавидел это. Ненавидел этот момент всеми фибрами души. Ненавидел то, когда Пустота пожирала большую часть меня и также ненавидел мгновение, когда Неистовство брало вверх над разумом. Сердце Опустошителя отбирало всё, что можно, оставляя голую мощь и пустую оболочку, а Неистовство, наоборот, обостряло всю дрянь в организме и также придавало огромное количество сил. Две стороны одной грёбаной медали. Однако сейчас иного выхода не было.
Безумие начало брать вверх над здравомыслием, а из горла внезапно вырвался истеричный раскатистый смешок.
— Ты хотел развлечься? ТАК РАЗВЛЕКАЙСЯ ИСДОХШИМ!
Единственным оружием сейчас являлась моя правая рука, что раскалилась до красна и не воспользоваться ею в такой момент было бы несусветной глупостью. Честно сказать, я не знал, что так случится, но по какой-то причине две абсолютно различные и несовместимые техники по неизвестной причине слились в одну, породив невероятно сокрушительную силу. Сразу три источника сработали в едином ритме. Впервые на моей памяти.
Жажда, Тьма и Пламя Хаоса обратились ужасающим шлейфом, от которого завибрировал сам воздух, а правый кулак будто яичную скорлупу пробил не только защиту, но и плоть Верховного Аббадона. В последний миг затрещала не только кожа, но и кости врага, а сам он со скоростью пушечного ядра впечатался в каменную плиты под ногами.
К этому моменту Сущность Истребления прекратила действие. Ладонь вновь обхватила рукоять спаты и без какой-либо жалости клинок вонзилась прямиком в хребет врага, а следом из глотки огненного балора вырвался рык, наполненный ни с чем несравнимой агонией. Сталь Древних сделала своё дело.
Кровь Ифар’ота хлынула наружу из спины и позвоночника.
— Развлекайся, падаль! — надрывался полубезумно я, неустанно нанося удары в затылок спатой и правым кулаком, который еще был под влиянием ужасающей техники. — РАЗВЛЕКАЙСЯ!!! ТЫ ЖЕ ЭТОГО ХОТЕЛ, КЕТАР! ТЫ ХОТЕЛ РАЗВЛЕЧЕНИЯ! ТАК ДЕРЖИ! ДЕРЖИ БОЛЬШЕ РАЗВЛЕЧЕНИЯ! Что такое, Кетар⁈ Тебе разве не нравится⁈ — свирепо процедил я сквозь зубы, теряя крупицы контроля над собой и одним рывком перевернул тело демона физиономией к себе, а затем вонзил тому спату прямо в грудь, отчего он вновь захрипел. — Чем ты недоволен! ЧЕМ⁈ СКАЖИ!!! СКАЖИ, ЧТО ТЕБЕ НЕ НРАВИТСЯ!
— Признаю, ты силен, но обрадовался ты слишком рано! — хрипло расхохотался Верховный мне в лицо с напрочь раскуроченной челюстью. — Ты расслабился в самый последний момент! СДОХНИ, МУСОР!!! ЧЕЛОВЕКУ НИ ЗА ЧТО НЕ ОДОЛЕТЬ ДЕМОНА!
После потери контроля, резко начала рассеиваться вся моя выставленная защита, чем тотчас воспользовался Кетар. В руках у него вспыхнула глефа, а через миг в нос вновь ударила вонь горелой плоти. Моей плоти. Глефа вонзилась чуть левее брюха и по касательно вышла в районе ребер.
Вот только боли я совсем не почувствовал. Для неё не было места. Эмоции заполонили всё сознание.
— И это… всё⁈ — полубезумно рассмеялся я, продолжая наносить удар за ударом в грудь спатой и кулаком прямо по роже. — Это всё, на что ты сподобился⁈
Избиение продолжалось еще несколько секунд и до ушей окружающей публики вновь донеслись наполненные агонией хрипы Ифар’ота. Для меня же пути назад не было. Жажда Неистовства поглотила всё.
— ДА! ИМЕННО ТАК! РАЗВЛЕКАЙСЯ, ГНИЛЬ! ВОПИ!!! ВОПИ, ТВАРЬ! ВОПИ СИЛЬНЕЕ И ГРОМЧЕ!!! ВОПИ ТАКЖЕ ГРОМКО, КАК КРИЧАЛА ОНА!!! ЕЙ ТОЖЕ БЫЛО БОЛЬНО! ОЧЕНЬ БОЛЬНО! МНЕ БЫЛО БОЛЬНОГО, КОГДА ТЫ УБИВАЛ ЕЁ! НАСТОЛЬКО БОЛЬНО, ЧТО НЕ ПЕРЕДАТЬ СЛОВАМИ! Я ГОВОРИЛ, ЧТО ВЕРНУ ТЕБЕ ВСЮ ЕЁ БОЛЬ! ТАК ПОЛУЧАЙ! ЗАБИРАЙ ЕЁ СТРАДАНИЯ! НЕУЖЕЛИ ТЫ ЗАБЫЛ МЕНЯ, КЕТАР! — кроме гнева, ярости и удушающей горечи более не осталось ничего и на миг остановившись, я когтистыми пальцами сорвал с головы остатки облачения, демонстрируя Верховному своё лицо. — ТАК ВСПОМНИ ЖЕ!!!
На миг на перекошенном от боли харе Кетара промелькнула еще одна эмоция и расплывшись в мерзкой и кровавой улыбке, тот продемонстрировал некое подобие довольной улыбки. Всё тело балора ныне напоминало сплошную зияющую рану, но сам он по какой-то причине продолжал обороняться.
— Выкормыш… Изувера… — неразборчиво прошелестел он. — Так вот в чем дело… Не сдох… получается… Та валькирия… твоя сучка… выходит… Что ж… тебе же хуже… сейчас сам ощутишь её боль… Сейчас поймешь, почему меня называют балором Поглотителем…
