К этому моменту французский король уже выступил в поход. В Турбеф прибыли два герольда с вызовом на бой. «После чего, – написал один из офицеров Ланкастера, – милорд дал ответ, что он пришел в эти земли разобраться с определенными делами, кои он успешно завершил, благодаря Господу, и возвращается назад в то место, где у него также есть дела, и что, если указанный король Франции желает помешать ему, он будет готов встретиться с ним в бою».
С 2000 человек, нагруженных добычей и пленниками, даже Ланкастер не мог надеяться победить армию в 20000 человек. Той ночью, молча, хитрый старый герцог исчез, оставив только небольшой арьергард, чтобы обмануть французов, когда те утром развернут свои войска для битвы. К позднему вечеру он был уже за тридцать пять миль в Аржантене. 9 числа он прошел еще 52 мили и 10-го, переправившись через Вир, с целости и сохранности вернулся на Котантен, пройдя 330 миль за 15 дней. В своем лагере он обнаружил, что Роберт Ноллис с небольшим отрядом тяжеловооруженных воинов нанес поражение местному ополчению, которое пыталось устроить ему засаду, перебил их всех, кроме трех наиболее богатых землевладельцев, которых взял в плен с целью получения выкупа.
Оставив французского короля заново начинать осаду теперь уже усиленных восставших городов, теперь Ланкастер отправился на юг в Майн, пока в трехстах милях от него, в Бержераке, принц Уэльский двигался на север, чтобы соединиться с ним. Между собой эти два английских полководца надеялись отрезать четверть у французского королевства и, объединившись на Луаре, отобрать обратно анжуйское наследство, которое их предок, король Иоанн, потерял полтора столетия назад.
С начала своей
Пройдя 320 миль за месяц, принц достиг Луары у Амбуаза в первую неделю сентября, надеясь войти в контакт с Ланкастером. Обнаружив, что все мосты заняты или разрушены, он повернул вниз по течению к Туру, перед которым он и разбил свой лагерь, пока его фуражиры опустошали соседние замки. Погода стала портиться. Пошли дожди, и река вышла из берегов. В это же время французский король, заключив быстрое соглашение с восставшими городами в Нормандии, спешил на юг, чтобы противостоять захватчикам. Из Шартра он выступил во вторую неделю сентября, чтобы послать авангард через Луару.
10 сентября, когда Иоанн почти добрался до Блуа, принц отдал приказ об отступлении. Его запасы подходили к концу, а Ланкастера все не было видно. Без моста переправа через реку была вне обсуждения, а его маленькая армия находилась далеко от дома и обременена награбленным добром. В течение следующих четырех дней обе армии спешили на юг по параллельным дорогам, французы – собирая подкрепления и пытаясь отрезать англичан от главной базы. При этом даже теперь принц не терял надежды встретиться с Ланкастером. 15 сентября, несмотря на риск, он задержался на два дня в Шательро на реке Вьенн, ожидая известий с севера, пока французский король продолжал продвигаться впереди него по направлению к Пуатье, куда он вошел 17 числа.
В тот вечер произошла стычка между разведчиками принца и арьергардом короля Иоанна на дороге Шовиньи-Пуатье, англичане захватили в плен двух графов и управляющего двором. Но им не хватало не только еды, но и воды, а их двухдневное ожидание Ланкастера – который, хотя и захватил к тому моменту Домфрон, но застрял под Рейном, – поставило их в смертельную опасность. Они, однако, вели себя храбро и 18-го – в воскресенье – заняли оборонительную позицию на хребте у Нуаля, прямо над деревенькой Мопертюи в восьми милях от Пуатье.