Самая продуктивная и кипучая деятельность г. Головачова относится к живой и бурной освободительной эпохе конца 50-х годов, когда все, что было в России честного, мыслящего и порядочного, переживало то невыразимо сладкие, то мучительные перипетии двигавшейся скачками [560] крестьянской реформы. Как член Тверского дворянского губернского комитета и корчевский уездный предводитель А. А. Головачов принимал самое деятельное участие в работах комитета по освобождению крестьян и, после знаменитого его председателя А. М.Унковского был самым усердным, энергичным и талантливым защитником либеральной программы о полном освобождении крестьян от помещичьей власти с наделением их землею. В составлении и редактировании известного «Обзора оснований», при котором представлен был правительству проект тверского дворянства (см. главу II, § 3), А. А. как человек с солидным образованием и прекрасно владеющий пером принимал также весьма деятельное участие [561] . Равномерно и в представленных А. М.Унковским в качестве депутата тверского дворянства замечаниях на работы Редакционной комиссии А. А. был взят на себя важный отдел: разработка финансовой стороны крестьянского вопроса [562] .
В бурной истории тверского дворянства конца 50-х годов был один эпизод, в котором А. А. Головачову пришлось играть особенно видную роль. Вслед за удалением А. М. Унковского от должности предводителя дворянства оно необыкновенно торжественно выразило свое сочувствие своему смещенному, сосланному предводителю, постановив между прочим учредить в честь его 12 стипендий в Московском университете. Заместивший временно должность губернского предводителя, уездный тверской предводитель Клокачев, «человек низкой души и всеми ненавидимый» [563] , без всякого законного повода приостановил приведение в исполнение помянутого постановления, подписанного 11 предводителями из 12.
Возмущенный произвольным и недостойным образом действий Клокачева, А. А. Головачов как корчевский предводитель написал ему письмо, в котором выразил чувства, испытываемые в то время большинством тверских дворян. «На каком основании, м. г., – писал он, – вы позволили себе наглую дерзость против 11-ти гг. предводителей уездных, дерзость, состоящую в том, что вы усомнились в правильности составления протокола. Возражение, сделанное вне собрания, где-нибудь за углом и под прикрытием канцелярской тайны, не могло ослабить или уничтожить силу и действие протокола, публично и гласно составленного в зале губернского собрания. Протокол этот мог потерять свою силу только в том случае, если бы вы имели возможность доказать, что он составлен фальшивым образом, вопреки желания дворян, бывших на съезде; стало быть, вы имели серьезные подозрения в этом, если решились производить следствие над 11-ю уездными предводителями. А потому я имею полное право назвать подобный поступок ваш наглою дерзостью… Какие же побуждения заставляли вас так действовать? Позвольте мне самому отвечать на этот вопрос. Я думаю, что поводом к этому была одна жалкая, низкая, гнусная
В заключение своего письма, очевидно, имевшего целью не личное оскорбление Клокачева, а публичный протест против его некрасивого поступка, А. А. заявлял, что копию с письма он посылает губернатору и уездным предводителям дворянства, и выражал готовность отвечать за содержание письма перед судом. Оскорбленный, однако, предпочел обратиться с жалобой к министру внутренних дел, который и внес жалобу на обсуждение главного комитета по крестьянскому делу. Комитет, с своей стороны, направил жалобу к судебному разбирательству, до окончания коего была приостановлена административная ссылка, назначенная А.А-чу вместе с М. А. Унковским и Европеусом. После долгих мытарств дело об оскорблении Клокачева окончилось в 1867 г. прекращением производства у мирового судьи [565] ввиду неявки обвинителя.
Впоследствии А. А. служил по контрольному ведомству, управляя контрольными палатами в Пскове и Саратове, а также много способствовал раскрытию беспорядков в главном обществе российских железных дорог, навлекшими начет на общество в несколько миллионов.
С самого открытия земских учреждений и до настоящего времени
А. А. нес, несмотря на все неблагоприятные условия, с неостывающею энергиею благородную службу земству.
