Эпоха великих реформ. Том 2 полностью

Вопрос об образовательном цензе еще раз был рассмотрен в присутствии экспертов и свелся к вопросу о квартирном налоге. При решении его голоса экспертов разделились. Московский городской голова князь Черкасский и гласный Петербургской общей думы В. И. Лихачев, объяснили, что, по их мнению, установление квартирного налога представляется мерою необходимой и вполне справедливою в смысле экономическом, т. е. с точки зрения увеличения денежных средств городов; кроме того, эта мера была бы особенно важна в тех видах, чтобы привлечь к составу городского общества и к участию в общественных делах возможно большее количество образованных людей, недостаток в коих вредно влиял доселе на склад городского управления. Установление квартирного налога привлекло бы к общественному управлению мировых судей, адвокатов, докторов и т. п. лиц, и они принесли бы значительно больше пользы, чем торговцы и мелкие промышленники, допускаемые проектом к означенному участию. Уровень городского общественного устройства может быть поднят под тем и едва ли не единственным в малых городах условием, чтобы допущен был налог на квартиры, и обстоятельством сим, быть может, обусловливается весь успех применения нового Городового Положения [230] .

Провинциальные городские головы (Милютин, Русанов и Шатунов) отвергали квартирный налог ввиду технической трудности взимания его и ничтожности его размеров. Московский гласный Д. Д. Шумахер, признавая пользу квартирного налога, полагал предоставить на усмотрение городов введение его, с чем согласилось и большинство комиссии. Государственный совет со своей стороны тоже согласился с этим мнением, добавив, чтобы Министерство по установлении городами этого налога ввиду его справедливости и для привлечения к участию возможно большего числа людей образованных и достаточных, внесло в законодательном порядке общий проект квартирного налога [231] .

Ожиданиям этим не суждено было осуществиться. Государство само успело ввести квартирный налог, а городские думы благодаря преобладанию в них купеческого элемента (Городовое Положение 1892 г., как известно, в этом направлении пошло еще дальше) и не думали о расширении избирательного права в пользу образованных классов. В Москве такой проект был отвергнут в 1878 г. [232] , и благодаря Городовому Положению создалось такое положение, что заслуженный профессор, видный ученый или медик должен был фиктивно выправить за два года приказчичье свидетельство или купить какую-нибудь развалину на окраине города, чтобы получить право участия в городских выборах.

V

Один из крупных недостатков Городового Положения 1870 г. – это столь вредное и с теоретической, и с практической точек зрения соединение в лице городского головы председательства в городской думе и в городской управе. История этого неудачного постановления, которому вовсе не причастно Министерство внутренних дел, такова. Еще местные комиссии указывали на неудобство соединения председательства в одном лице для двух собраний, из коих одно контролирует другое. Этого не было и в дореформенное время, так как общих дум нигде в действительности в провинции не существовало [233] . Хотя такое соединение и существовало в С.-Петербурге по Положению 1846 г., но отношения общей думы к распорядительной, в которой и сосредоточивалась в действительности та небольшая власть, которую оставляла администрация городскому обществу, были так ненормальны [234] , что никому не могла прийти в голову мысль о перенесении этой аномалии в преобразованные учреждения.