Ирнерий начал преподавать право в Болонье в 1088 году. То ли изучение римского права убедило его в исторических и практических аргументах в пользу верховенства императорской власти над церковной, то ли награды императорской службы привлекли его, но он перешел от гвельфов на сторону гибеллинов и истолковал возрожденную юриспруденцию в пользу имперских притязаний. Благодарные императоры выделили средства на школу, и в Болонью хлынул поток немецких студентов. Ирнерий составил том глосс, или комментариев, к Corpus iuris Юстиниана и применил научный метод к организации права. Summa codicis Irnerii, составленная им самим или на основе его лекций, является шедевром изложения и аргументации.
С Ирнерием начался золотой век средневековой юриспруденции. Люди из всех стран латинской Европы приезжали в Болонью, чтобы изучать возрожденную науку права. Ученик Ирнерия Грациан применил новые методы к церковному законодательству и опубликовал первый кодекс канонического права (1139). После Ирнерия «четыре доктора» — Булгарус, Мартинус, Якобус и Гуго — в серии знаменитых глосс применили Кодекс Юстиниана к юридическим проблемам двенадцатого века и обеспечили принятие римского права во все более широкой сфере. В начале XIII века пресвитер Аккурсий (1185?-1260), величайший из «глоссаторов», обобщил их труды и свои собственные в Glossa ordinaria, которая стала стандартным авторитетом, с помощью которого короли и коммуны преодолевали власть феодального права и боролись с властью пап. Папство сделало все возможное, чтобы остановить эту эксгумацию кодекса, который сделал религию функцией и слугой государства; но новое исследование питало и выражало смелый рационализм и секуляризацию двенадцатого и тринадцатого веков, а также воспитало многочисленный класс юристов, которые трудились, чтобы уменьшить роль церкви в управлении и расширить власть государства. Святой Бернар жаловался, что суды Европы звенят законами Юстиниана и больше не слышат законов Божьих.42 Распространение новой юриспруденции стало таким же сильным стимулом, как и арабские и греческие переводы, и породило то уважение и страсть к разуму, которые породили и погубили схоластику.
Мы не знаем, когда в Болонье появилась школа искусств — то есть семи свободных искусств, — и когда была основана ее знаменитая школа медицины. Насколько нам известно, единственная связь между тремя школами заключалась в том, что выпускники любой из них получали свои степени от архидиакона Болоньи. Профессора объединились в коллегию или гильдию. Около 1215 года студенты, независимо от факультета, объединились в две группы: universitas citramontanorum, или союз студентов с юга от Альп, и universitas ultramontanorum, или союз студентов из-за Альп. С начала XIII века в этих «университетах» учились женщины, а в XIV веке на болонских факультетах работали женщины-профессора.43
