— Гатх спалил всю деревню. А мой отец следовал порядку дня. Я знала, что в тот момент он точно находился в деревне. Если бы он был на полях — я бы нашла его там.
— О, Господи, мне так жаль!
— Я была виновата в том, что случилось, — продолжала Леа. — Я тогда очень разозлилась на Гатха и побежала к своей наставнице. Ей с трудом получилось убедить меня, что Гатх и я не виноваты. Мне было ужасно плохо. Я была повинна в смерти несколько десятков человек и моего отца! — Леа тяжело вздохнула. — Я молила её об успокоении. И она обмолвилась, что есть способ убрать всю боль. Рассказала о метке. Я без раздумий согласилась и тётушка не смогла меня отговорить. Через пару дней я уже носила собственную метку. С тех пор я ни разу не плакала и не печалилась. Если и вспоминала о том, что случилось, лишь с равнодушием и мыслью «что было, то было». Я чудовище, понимаешь?
— Ты не чудовище, — я подошла к ней и положила руку ей на плечо, сжимая. — Ты и вправду не виновата в том, что произошло.
— Тебе повезло больше, чем мне, — вдруг сказала она.
— Ты о чём? — не поняла я.
— Вэн с самой первой встречи тебя признал. Без метки, без меча. Он принял тебя, отдал всего себя. Ты с самого начала получила то, что я не могла получить за несколько месяцев. Это сейчас я с Гатхом — одно целое. Но раньше нам с трудом получалось подстроится друг под друга. Тебе же даже не нужно брать меч в руки и нацепить на шею кулон. Ты и Вэн можете делать невероятные вещи вместе, даже без этих штук. И это странно. Потому что это противоестественно.
— То есть?
— Он любит тебя, Ксения, — говорит она. — И эта любовь должна его убивать. Он, как и любой другой дракон, не должен быть к тебе привязан, но он готов сделать всё, чтобы с тобой всё было хорошо. Ты даже с ним разговариваешь, чего я не могу!
— Это ненормально?
— Естественно! — она энергично мотнула головой. — Такого, насколько я знаю, никогда не было. Или, быть может, было, но история нам этого не рассказала. Просто, Ксения, вы можете пострадать, если ваша привязанность будет расти.
Я села на кровать. Новая информация давила на плечи неподъёмным грузом. Я не могла охватить весь объём разом. Мне нужны хоть пару секунд, чтобы успокоиться и всё разъяснить.
— Ладно, так, — я помотала головой. — Чего я ещё не знаю, что знать обязан каждый Всадник? Добей меня новыми откровениями.
— Чтобы стать полноценным Всадником нужно переродится.
— Чего? — я аж задохнулась. — Переродится?
— Абсолютное подчинение дракона возможно только тогда, когда ты рождён его огнём.
— Эм?
— Чтобы стать с драконом единым целым, чтобы мыслить и делать всё одновременно, нужно переродится. Оставить всю свою прошлую жизнь позади и шагнуть в новую, где ты и дракон — одно существо. Именно эти люди и носят названия Драконьи Всадники.
— Ты перерождалась?
Леа кивнула, чуть хмыкнув.
— Какого это?
— Будто с тебя сдирают кожу живьём. Ты стоишь и ничего не можешь сделать, пока твой собственный дракон зажаривает тебя, будто мясо на костре. Ты понимаешь, что это важно и нужно, но боль затмевает твой рассудок. Я кричала, признаюсь. Но эта боль невыносима. А когда ты отключаешься… ты умираешь. И рождаешься вновь, перерождённая огнём. Ты выходишь из пламени совершенно обновлённым. Весь мир теперь другой. Ты видишь чётче, слышишь лучше, чуешь абсолютно всё. Ты уже не человек. Ты и твой дракон одно целое. Больше не существует тебя или его по отдельности. Есть ты и он, вы вместе — никак иначе.
— И ты…
— Да.
Я сглатываю. Мозги кипят, превращаясь в кашицу. Хочется отключится и забыть. Но я никогда не забуду. Это невозможно забыть.
— Мне это тоже предстоит? — спрашиваю я тихо.
— Нет, — Леа качает головой. — Жрецов больше не осталось. Моя наставница была последней. А если бы и были… ты нарушила все правила. Если бы о тебе узнали…
Она не договаривает. Но мне и не нужно, потому что я понимаю, что она не сказала.
Я поджимаю губы и киваю, показав, что продолжать не нужно.
— Что мне делать?
— Если хоть что-то проявится у Вэна… Я не знаю. Нужно держать кулачки и надеяться на лучшее. А ещё найти меч и кулон. Без них никак.
— Но если я не Всадник… — задумчиво произношу я. — Если я им не являюсь, то и кулон с мечом бесполезны. Разве не так?
— Они предназначены для тебя. Понимаешь, тут всё труднее. Если уж тебя избрали, значит тебе не отвертеться. Только вот каждый решает, что ему с этим делать. Кто-то спешит воспользоваться в своих целях, другой до конца своих дней избегает, а третий покорно принимает. Но никому из троих не увильнуть. Потому что Всадник — не выбор. Это предназначение. Ты либо он, либо нет.
— Я найду их, — решаю я, встав с кровати Леа. — Я найду их и всё вновь станет нормально. Вэн не сойдёт с ума, а меня никто не убьёт.
— Ксень…
— Если по-другому никак… — я на секунду замолчала. — Время сейчас не на моей стороне, согласна? Если я буду ждать, когда появится хоть что-то странное, я уже заранее проиграю. Я не потеряю Вэна. Ты права, я люблю его. Я не дам ему кануть в бездну. Он мой дракон и я его не потеряю.
— Ты собираешься туда лететь?
