— Не надо, — тихо говорю я, скривившись. Пончик в руке уже не так манит, когда дело доходит до выяснения отношений.
— Почему? — не понимает она. — Разве ты не хочешь знать почему я так поступила? От Чарли же требовала.
— Мне итак всё ясно. Леа, я не хочу думать об этом.
— Но ты продолжаешь злится, — констатирует она через пару секунд молчания. — Разве я не права?
— Права, — соглашаюсь я. — Но, а смысл? Всё итак понятно.
— И что же тебе понятно?
— Тебе предложили вернуть меня, потому что ты боялась, что Вэн окончательно сойдёт с ума.
— Я сама предложила помощь, — говорит она, смотря в стену невидящим взглядом. — Они лишь предложили, а я сказала, что смогу и даже разработала план. Вэнфролх уже одичал, поэтому возвращать тебя из-за этого не было смысла. Я хотела, чтобы ты вернулась, потому что без тебя было не то. За наше недолгое общение, я успела привязаться к тебе и знать, что ты где-то далеко, где нет ничего, что есть здесь, было неприятно. Естественно я уцепилась за идею возвращения.
— А ты не думала, что я не хочу возвращаться?
— Но ты же вернулась, — она пожала плечами. — Я знала, что ты вернёшься. Не из-за дракона, но хотя бы из-за красавчика.
— Ты знала, что он встречается с ней?
— Откуда? — девушка была удивлена. — Я не врала тебе, когда говорила, что ушла от них через некоторое время. Я сама была удивлена, что он с ней. Кто это вообще?
— Сестра Тристана, — сказала я, взмахнув рукой и откинувшись к окну. От него неприятно дуло. Как Люси вообще здесь сидела? — Давно положила на него глаз. Мы с ней из-за этого и не сдружились. Я мешала ей, а сейчас соперницы нет. Его сердце свободно.
— Ты веришь? — голос подруги звучал скептически. — Ты случаем не забыла, что в его груди твоё сердце?
— Я верю тому, что вижу, — немного зло произнесла я. — Я видела, как он отвечал ей на чёртов поцелуй. Если бы он ничего не чувствовал — он бы отодвинул её! Да и к тому же… Люси сказала, что они помолвлены.
— Чего?! — удивление Леа, наверное, слышала не только я, но и все, кто мог бы быть в нескольких метрах от нас дальше по коридору.
— Люси говорила, что он сделал ей предложение…
— Да чушь какая! — возмутилась Леа. — Я же видела, как он тебя любил!
— Время, Леа, время, — поставив точку в этом разговоре, произнесла я. — Давай больше не будем, ладно? Лучше расскажи о том, что ты окрестила, как личное.
— Ох, — девушка слегка нахмурилась. — Давай не здесь?
— А где? — я удивилась.
— В мою комнату, ладно? — она подорвалась на ноги так резко, что я не успела даже уловить это движение глазами. — Пойдём?
— Да, — кивнув, я засунула оставшийся кусочек пончика в рот и поднялась за ней.
Леа посмотрев на меня всего мгновение, пошла в сторону лестницы. Мне же оставалось следовать за ней, гадая о том, что же такого она мне боится рассказать.
Комната Леа практически ничем не отличалась от моей. То же расположение, та же мебель, только бельё другого цвета. Её комната была отдалена от моей на несколько комнат влево.
— Чувствуй себя как дома, — фыркнула девушка, упав на кровать и раскинув руки в разные стороны.
Вздохнув, я поставила тарелку с пончиками на тумбочку около кровати и уселась на кресло, которое стояло в том же месте, где и моё. Подперев руками подбородок, а локти поставив на колени, я уставилась на Леа. Та пролежала недолго. Уже через несколько секунд она уселась на кровати в позе «лотоса», задумчиво смотря на меня.
— Что тебя интересует? — спрашивает она, вздохнув.
— Что ты имела ввиду, когда говорила, что я заблуждаюсь. Так что ты этим хотела сказать? — задаю я самый интересующий меня вопрос. — Отсюда и будем отталкиваться, но ты расскажешь мне всё.
— Ксения, что тебе рассказывал Аххилес, кроме истории Всадников? — спросила она, начиная издалека.
— Эм, — я задумалась, напрягая память. Урывками, но кое-что я всё же вспомнила. — Он много о чём говорил. Половина, конечно, бред полный, но были и интересные факты.
— Например?
— Он рассказывал о чешуе драконов, — выловила я одно из воспоминаний.
— Касательно Всадников.
— Всадники подходили на роли стражей, потому что… — я замерла, не в силах продолжить. — Да ну, бред.
— Что он тебе сказал? — насторожилась Леа.
— Он сказал, что Всадники бесчувственны. Но я так и не поняла, что он имел ввиду.
— Это не бред, Ксень, — тяжко вздохнула Леа. — Это правда. Когда я сказала, что ты плохо знаешь наш род, я оказалась права.
— Да о чём ты?
— Ксения, как создаются Всадники?
— Он говорил о том, что детей забирали от родителей и обучали их, — вспоминая безумную речь Всадника, говорила я. — Думаешь это правда?
— По началу так и было, — девушка кивнула. — Дети росли и воспитывались в боли и страхе. По-другому безжалостным к людям не стать. Когда детям было очень мало лет, им вручали дракона. Не обученного, злого, дикого. Ярости в нём было очень много и половина детей не справлялись. Они гибли, не успев даже приложить руку к дракону, чтобы установить связь.
— По началу?
