— Мы не позволим ему навредить ей. У нас есть несколько месяцев, нужно придумать план по вызволению её из его лап. Сьюзен заключила сделку с Лордом, когда дело дошло до жизни её семьи. Она осталась с ним, а тебя, Люси, — я смотрю на девушку, — отпустили живёхонькой. Думаю, вот она, цена.
— Хочешь сказать, что нас всех оставили в живых только потому что Сьюзен согласилась выносить ему ребёнка? — скептицизм так и сочится в голосе Питера.
— Что бы там ни было, но этот ребёнок нужен этому выродку. Я не знаю ничего толком, возможно, Лорд и многое привирает. Но в одном я уверена на все сто процентов. Ребёнок должен появится на свет там, где Лорд его не достанет.
— Что же это такое? — мы все поворачиваем головы к Люси, которая падает на стул, сжавшись в комочек и превратившись в маленькую девочку. Плечи её дрожат, губа закушена, а глаза блестят. Передо мной вновь та Люси, которую я знала, только более несчастная.
Питер было дёргается к ней, но я его опережаю. Я медленно подхожу к девушке и сажусь на коленки, положив ладони на переплетённые бледные пальцы. Её серо-голубые глаза блестят от не пролитых слёз и сейчас она отчаянно нуждается в поддержке.
— Вместе мы сможем спасти Сьюзен, избавится от Лорда и вернуть Нарнии былое величие, — говорю я, заглядывая в её глаза. — Ну же, Люси, ты же мне веришь, правда?
Нижняя губа девушки дрожит, рыжие волосы растрёпанны из-за того, что совсем недавно она их остервенело трепала. Люси смотрит на меня с таким отчаянием, что я сама чуть ли не начинаю рыдать.
— Откуда ты..?
— Просто поверь мне, — прошу я, чуть улыбнувшись. — Ну же, Люси, ты же знаешь меня. Я же держу обещания!
— Но ты…
— Я сейчас не об этом, — закатываю я глаза. — Люси, всё будет хорошо.
— Обещаешь? — дрожащим голосом спрашивает она, вернувшись в свои пятнадцать и, наконец-то, вернувшись той, которой когда-то была. — Мы справимся?
— Будем бороться до конца, — обещаю я ей, сжав её ладони в своих и улыбаясь.
— До конца, — повторяет она, поднимаясь со стула. Я следом за ней.
— Клянусь.
Одна-единственная слезинка вырывается из глаз, одиноко катясь по бледной щеке. Люси несколько секунд смотрит на меня, а после, поднимаясь на цыпочки, обхватывает руками меня за плечи и сжимает так сильно, как только может. Я чуть улыбаюсь, прижимая её к себе. Мы стоим так совсем недолго, но нам хватает и этого.
Прежде чем отстранится, Люси шепчет:
— Прости меня.
И я понимаю, что это прощение, которое я так долго ждала, но не надеялась его получить. Я радостно улыбаюсь, кивая, ничего не произнося.
Люси отстраняется от меня. И вот, рядом со мной стоит вновь та, которая так мне незнакома.
— Мы обязаны вернуть Сьюзен, — говорит она твёрдо.
Все кивают, сосредоточено смотря на свою предводительницу. Даже Питер уступает ей место, оставаясь её правой рукой. Наверное, он понимает, что в этот раз он не сильно-то и поможет. Слишком долго он отсутствовал.
— Вернём, — обещаю я, улыбаясь. Меня от улыбки так и распирает. Я добилась прощения одного из тех людей, которых подвела. Я понимаю, что путь ещё далёк, но маленькие победы — единственное, чему я могу радоваться практически также сильно, как и большим.
Я на пути к восстановлению.
И он будет долог.
— Нужно будет придумать план, набрать союзников и…
— Ой, стойте! — меня вдруг осиняет и я, замерев, прерываю начавшую было говорить Люси. — Стойте!
— Что ещё такое? — недовольно спрашивает девушка, закатив глаза. — Есть что-то ещё, о чём ты нам не успела рассказать?
— Вообще-то это я хотела у вас узнать одну маленькую деталь.
— Какую? — хмурится Люси, прямо смотря на меня.
— Где Эдмунд? — я смотрю сначала на Люси, а после на удивлённый взгляд Питера, который, будто очнувшись, тоже перевёл взгляд на сестру.
Спустя минуту молчания, я понимаю, что тут что-то не так. Люси непонимающе хмурится, Каспиан, до этого делающий вид, будто потух, как затушенная свеча, удивлённо вскинул брови, а брат и сестра из Орландии и вовсе нахмурились. — Ребят? — протянула я, нахмурившись. — Какая-то неловкая пауза, не находите. Вы чего?
— Кто такой Эдмунд?
На секунду дыхание замирает.
…Эдмунд Справедливый плутает в своих фантазиях и вряд ли когда-нибудь найдёт оттуда выход…
— Кто такой Эдмунд? — Питер как-то странно усмехается, выдавая звук, похожий на карканье. — Люси, не пугай меня так. Скажи, что ты пошутила. Люси, скажи…
— Питер, они не шутят, — мой голос хрипит от ужаса, волнами накатывающими на меня. — Они не шутят.
— Ты не могла забыть родного брата! — Питер подскакивает к Люси и, взяв её за плечи, заглядывает в глаза. Девушка в шоке смотрит на брата, вцепившись ему в руки. — Люси, ты не могла!
— У меня… меня… есть только один… ты, — ничего не понимая, говорит она. — Питер, я клянусь!
— Не ври мне! — пальцы Питера белеют, когда он сжимает их на плечах сестры. — Люси, не смей мне врать. Эдмунд, ну же, давай, скажи, что ты помнишь его.
— Не она одна не помнит этого Этмунта, — говорит Каспиан, хмурясь. — Я тоже такого не помню, а вас я знаю очень давно.
