Страшно ли мне идти туда? Невыносимо! Что произошло в тот момент? Леа, будто дикий зверь, кинулась на меня, а её глаза… Я вздрагиваю, когда мимо меня, в нескольких метрах, проходят три стражника. Они останавливаются и смотрят на меня.
— Проводите меня в темницу в Восточном крыле, — говорю я им. Дружно кивнув, они развернулись, без разговоров предлагая последовать за ними.
Что бы там ни случилось, я обязана выяснить. Так или иначе, но Леа моя подруга.
Должна же быть причина!
Я подхожу к камере, в которой заключена Леа. Она сидит около противоположной стены, прислонившись к ней и приблизив ноги ближе к груди. Она смотрит на меня совершенно ничего не выражающим взглядом и от него мне ужасно страшно. Это не та Леа, которую я знаю. Она опустошена.
— Ты пришла узнать почему я на тебя накинулась? — спросила она, усмехаясь, переводя взгляд на меня. Её серые глаза смотрели на меня… никак. В них не было ни раскаяния, ни страха, ни ужаса. Полная пустота. Безэмоциональность.
— Что произошло там? — я прислоняюсь к решётке, обвив руками прутья. — Там была не ты.
— Я, — Леа морщится, приоткрыв рот и проводя по губам кончиком языка. Этот жест такой хищный, нечеловеческий. — Я всецело.
— Я не верю! — я и вправду не верю. — Ты не могла! Это была не ты!
— А кто же тогда, по твоему? Кто-то другой желал убить тебя, лишь бы наконец освободится? Может быть, кто-то другой, не я, хотел чтобы ты сдохла? Кто ты такая, Ксения, кто ты такая? Никогда не желала быть той, кем определила тебя судьба. Ты никогда не относилась к этому, как к чему-то должному. Ты игнорировала все посылы. Ты хотела избавится ото всего, что тебя ждало. Ты почти отказалась от собственного дракона и тебе было абсолютно плевать, что он страдал. Ты практически убила его, когда исчезла. Хотела избавится и у тебя получилось, а что же сейчас? Неужели вдруг захотела?
— О чём ты? — я была в шоке, не могла понять о чём она говорит. — Я никогда не…
— Ой, вот не надо мне тут, — она усмехается. — Ты хоть представляешь, какая судьба тебе отведена? — Леа прищуривает глаза. — Ты знаешь, что белые драконы испокон веков были главными среди всех драконов? Что среди всех Всадников, кто был сплочён в союзы, если присутствовал тот, у кого был белый — того избирали главарём? — я мотаю головой. — Белые драконы рождаются раз в несколько веков, и когда я узнала, что мой — белоснежный, я была так рада, думала, наконец-то у меня появилось что-то, чего у меня никогда не было. А потом, спустя время, я узнаю из уст собственного жреца, что мой дракон никогда не поведёт за собой остальных, потому что у него есть брат, чёрный, не такой, как все и Всадник у него тоже будет необычный. Ты и Вэнфролх — те, о которых сложили легенды ещё до вашего воссоединения. Ты среди всех Всадников была героем, хотя ещё тебя и не было, а твой дракон — уже главнее других, хотя ему было суждено сидеть в яйце ещё ни одну тысячу лет. А ты с такой лёгкостью отказалась! Я в шоке от того, насколько же ты глупая. У тебя есть всё, ты важнее всех, а тебе это не надо.
— Ты мне что же… завидуешь? — откровения просто сносят мой мозг, меня переклинивает и что-то внутри замыкает.
— Как же тут не завидовать, — она усмехается. — Сначала я думала, что это будет круто, помогать тебе в твоём нелёгком деле, ведь наши драконы — братья, значит и мы должны быть близки, а в итоге я получила то, на что никогда не надеялась и не желала. Глупую, упрямую девчонку, которая от одного слова про Всадников, кричала и тряслась от ужаса.
— Я уже не та.
— А что изменилось сейчас? — Леа устало вздыхает. — Ты продолжаешь относится к нему с полным пренебрежением. Тебе нужны докозательства? Не носила кулон, в итоге он оказался у врага, забыла про меч, который теперь там же, так ещё и вишенку на торте — дракона отдала!
— Я же не специально…
— А какая разница? — Леа усмехается. — Ничего уже не изменить. Ты разрушила всё, на что только надеялись наши предки. Ты разрушила нашу расу.
— Вся наша раса мертва, — я качаю головой. — Только мы и остались.
— Драконьи Всадники живут в каждом человеке, но открывается жилка только у тех, кто выбран. Выбран драконом. А драконов нет, если нет того, кто возглавит их. В данном случае, нет Вэнфролха.
— Вместе мы сможем его вернуть. Вэн не останется у Лорда надолго. Я клянусь.
— Как это вообще произошло? — хрипло спрашивает Леа, ни на сколько мне не поверив.
— С помощью кулона можно контролировать разум дракона, — глухо говорю я. — Ты же об этом говорила, когда сказала мне, про то, что кулон наш проводник.
Леа кивает.
— Оказывается нет разницы, кто использует кулон, — тянет она задумчиво. — В чьих руках кулон, тот и хозяин.
— Я бы никогда не дала ему забрать Вэна. Я даже не предполагала, что такое может произойти.
— Уже неважно, — она вздыхает.
— Я найду способ его вызволить, обещаю.
— Мне до твоего обещания, как крестьянке до принцессы, — фырчит Леа. — Уходи, Ксения.
— А как же ты? — я удивлена.
— Я опасна для тебя и твоего красавчика. Я до сих пор желаю тебя придушить.
— Ты настолько меня ненавидишь? — вздыхаю я.
— Не в этом дело, — она качает головой.
