— Я вспомню, что ты говорил, если вдруг что-то произойдёт, — обещаю я, невольно оглянувшись. Мне казалось, будто бы рядом кто-то есть, тот, кто следит за мной, кто знает любую мою тайну. От таких мыслей меня передёрнуло. — Киран, кто здесь кроме тебя есть?
— Есть те, кто мне нужен. Здесь мистер Диппер. Он у меня что-то вроде дворецкого. Работал мальчишкой ещё при моём отце, а сейчас вот, у меня. Хороших старик, но иногда мне кажется, что он желает уйти. Впрочем, я и не держу. С некоторых пор мне и одному неплохо.
— Конде говорил, что раньше тут было более людно.
— Здесь была куча народу — от поварих до садовников — но потом они ушли. Точнее сбежали. Когда меня забрали в замок Лорда, — недовольно добавил Киран и фыркнул. — Только Диппер остался, потому что истинно предан, а не так, как другие. Преданность, она же поступками показывается, а вовсе не на словах.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки от слов друга. Пусть Киран и говорил совершенно о другом, я переняла его мысли на свою ситуацию с Питером.
— Ну не будем о плохом, — я еле растянула губы в улыбке. Тупая ноющая боль внутри не давала покоя. Она зудела, как комариный укус. Что ж, оставалось лишь надеяться на то, что она пройдёт также скоро. — Поможешь мне с одним дельцем? Увы, без тебя не справлюсь.
— Конечно, — Киран кивает. — Что нужно?
— Напиши мне письмо.
— Хочешь сказать, что ты не умеешь писать? — в который раз поворачивается Киран ко мне, сжимая перо в двух пальцах. — Вот ни единого слова?
— Тебе так трудно поверить? — я заламываю бровь, сложив руки на груди. Вот уже пять минут Киран, узнав, что нужно сделать, сводит меня с ума от вопросов о том, как так получается, что я не могу писать.
— Да, чёрт тебя побери! — восклицает он. — Мне действительно трудно в это поверить! Не тогда, когда ты так великолепно говоришь на нарнийском!
— В моём мире этот язык — английский, — я вновь закатываю глаза, — впрочем, плевать. Если ты не хочешь, я могу попросить и Конде…
— Да ну тебя! — Киран сокрушённо качает головой и отворачивается обратно к листку. — Диктуй.
— Итак, — я соскочила с кресла и вздохнула, собираясь с мыслями. — Пиши: «Дорогая…» Ой, нет, стой! — резко вскричала я, испугав при этом Кирана. — Не пиши это. Глупо как-то получается. Так, так, так.
— Кому ты пишешь?
— Подруге. Но начинать явно стоит не с «дорогая».
— Используй имя. Оно обычно помогает, — сначала я ничего не заподозрила, но когда увидела довольную моську бывшего коня, до меня дошло, что он просто напросто издевается.
— Иди ты! — возмущённо говорю я, чувствуя, как на лице расползается улыбка. — Пиши давай, — я вновь принялась ходить из стороны в сторону. Дойдя до окна, я взглянула на дивный сад, а после направилась в другую сторону, к небольшому шкафу. — Итак, пиши: «Леа, привет».
— Написал. Что дальше?
— «Я понимаю, что с нашей последней встречи прошло не так много времени и что ты, возможно, до сих пор злишься на меня, но мне действительно очень нужна твоя помощь…»
— Готово! — наконец-то, спустя недолгое проверочное испытание, Киран протянул мне пергаментный лист бумаги с довольным лицом. — Ну как?
Взяв в руки письмо, я принялась вглядываться в слова, соединяя их в предложения:
Леа, привет!
Я понимаю, что с нашей последней встречи прошло не так много времени и что ты, возможно, до сих пор злишься на меня, но мне действительно очень нужна твоя помощь. Несмотря на короткий срок, случилось многое. У меня появился брат. Он Жрец. Благодаря ему я почти продвинулась в поисках решения проблемы с Вэнфролхом. Ты просила оповестить тебя, когда я сдвинусь с мёртвой точки. И вот этот день настал. Леа, пусть ты и зла на меня, но я не могу сунуться в это без кого-то, кто знает Вэна почти также долго, как и я. Леа, прошу тебя, давай отложим обиды и вновь вернёмся друг к другу? Станем командой?
Решение тебя отпустить было глупым и поспешным, сейчас я это понимаю. Прошу тебя, возвращайся!
Ответа на письмо можешь не присылать. Я пойму твоё решение, если ты не придёшь, а если решишь всё же вернуться и помочь мне вернуть моего оболтуса, то я буду ждать тебя через три дня (я точно не знаю, когда это письмо дойдёт до тебя и дойдёт ли вообще, поэтому специально увеличиваю сроки) ровно в полдень, у той самой пещеры, где находится проход. Прошу, Леа, приди. Я уверена, что без тебя просто не справлюсь.
С надеждой на то, что ты не бросишь меня и что мы до сих пор друзья, твоя Ксю.
— Неплохо, — я улыбнулась. — Огромное спасибо тебе, Киран!
— И я до сих пор не пойму, каким образом ты читаешь, но не можешь писать, — задумчиво произнёс он, расслаблено сидя на стуле. Он подпёр руку под подбородок и смотрел на меня исподлобья.
— Особенность Всадников, — говорю я, аккуратно скручивая письмо в трубочку. — Мы способны понимать и говорить на любых языках, существующих в мире, но при этом не можем писать, если «честным» путём не выучили язык, его нормы и правила. Неудобно, согласна, но до этого времени проблем с этим не возникало.
— Удивительно.
— Как можно доставить письмо? — спросила я, взяв со стола тоненькую ленточку и перевязав трубочку поперёк.
