Секунда — и она в крепких объятиях. Кто-то тихо-тихо хрипит, и сначала ей кажется, что это Чарли, но когда зрение возвращается, и она открывает глаза, перед ней Конде. Ей хочется вырваться, но он держит крепко.
— Прости, Ксения, — говорит он тихо, — я был не прав. Святые духи, я был так неправ!
Ксения тяжело дышит. Её глаза режет от ослепительного солнца. Но она жмётся к брату, ощущая неимоверную слабость во всём теле. Её голова кружится и ей хочется спать.
— Уведи меня отсюда, Конде, — это единственное, что она в силах выдавить, прежде чем потерять сознание.
Ксения открывает глаза. Усталость сказывается — всё тело немеет, а во рту пересохло. Она и не догадывалась, что так устала, пока не оказалась лежащей на чём-то мягком и приятном на ощупь.
Ксения лежала в небольшой каюте. Стены скрипели, а пол покачивался в такт волнам, которые облизывали корабль. В каюте приглушённый свет и тишина. Пару минут Ксения прислушивается к мгновению тишины, но дверь вдруг скрипит и впускает в комнату огромного красивого льва. Ксения равнодушно смотрит на Аслана. Она устала и двигаться не хочется совершенно.
— Вы проделали хорошую работу, — говорит Аслан, усевшись рядом с кроватью. — Думаю, я не вовремя, — оглядев её с ног до головы, Великий кот хочет уйти, но Ксения протягивает руку, не в силах позволить себе коснуться.
— Пожалуйста, останьтесь, — хрипло говорит Ксения, поразившись своему голосу. — Мы с Питером достали то, что нужно? Тот кристалл — то самое?
— Вы с Питером сделали всё так, как и нужно было, Ксения. Позволю себе сказать, что я не мог быть убеждён до конца, что вы справитесь. И какого было моё счастье, когда вы превзошли все мои ожидания! — Аслан говорил так спокойно и тихо, от чего Ксения слабо улыбнулась и, почувствовав неприятное головокружение, прикрыла глаза.
— Боюсь, мне нужно время, чтобы восстановиться. Скажите, что с Эдмундом? Он в безопасности?
— Не волнуйтесь, Ксения, с ним всё хорошо. Наш прекрасный лекарь уже работает над тем, чтобы вернуть короля в сознание. Эдмунд практически не пострадал.
— Практически? — Ксения удивлённо вскинула брови.
— Он очень истощён морально. Однако это не помешает ему вернуться в своё прежнее состояние в скором времени, — Аслан поднялся и его ярко-карие глаза посмотрели, казалось, прямо в душу Всадница. — Нет ли каких-то изменений в тебе, дочь Евы?
— Я вымотана, — ответила она тихо. Аслан, не получив нужную реакцию, вздохнул и вышел из каюты, оставив девушку на едине с собой. Увы, ненадолго.
Дверь скрипит и в комнату врывается Конде. Его растрёпанные волосы и дикий взгляд удивили девушку, но она не могла даже вскинуть брови.
— Как только узнал, что ты очнулась, я кинулся к тебе, — пробормотал он, падая на колени у изголовья кровати. Взяв дрожащими руками ладонь Ксении, Конде мягко поцеловал тыльную сторону и вскинул глаза, — знала бы ты, как я волновался. Ксения, я больше никогда тебя не отпущу от себя!
— Какие глупости, — возмущённо произнесла Ксения, поднимаясь. Голова кружилась, но терпеть было вполне возможно. — Где Вэн? Я не видела его.
— Он с Леа, — просто ответил Конде. — Летит на Гатхе. Она не отпускает его, потому что он не в силах справиться с ветром.
— Помоги мне справиться с болью, я не хочу больше валяться здесь.
— Нет необходимости выходить из каюты… — Конде спешно поправил одеяло, когда Ксения собралась слезть. Удивление, возникшее на её лице, заставило его поджать губы и умерить свой пыл. Ксения откинула одеяло.
— Я не собираюсь валяться здесь. А если ты не желаешь давать мне зелье, я найду какую-нибудь настойку у лекаря.
Тяжёлый вздох Конде она проигнорировала и, пошатываясь, побрела к двери. Корабль качнуло, и девушка накренилась набок, готовая в любую секунду упасть. Однако мягкие ладони не позволили ей этого.
— Ты ещё слаба, — сказал Конде, мягко прижимая её к груди. — Но, так и быть, я дам тебе зелье. При одном условии.
— Вернуться в постель? — она заломила бровь.
— Именно.
Ксении ничего не оставалось делать, как смириться. Опустившись на кровать, она откинулась на подушку и тяжко вздохнула. Мысль о том, что нужно валяться в постели ей претила. Конде тем временем рылся в сумке, которую спешно бросил у двери. Достав оттуда склянку с белоснежной жидкостью, он откупорил крышку и, ласково посмотрев на сестру, протянул ей.
— Три глотка — не более.
Ксения кивнула и сделала нужное количество глотков, тут же расслабляясь в лице.
— Расскажешь, что произошло после того, как я выключилась? — спросила она с деланным интересом.
— Всё внимание было к Эдмунду, поэтому я под шумок переместился с тобой на руках сюда, а вскоре подошли и остальные. Корабль отчалил около двадцати минут назад. Ксения, нам нужно поговорить.
— Что случилось?
— Как только мы приплывём обратно, нам нужно будет уходить. Дела не ждут.
Ещё три дня назад Ксения бы кивнула и ушла вместе с Конде, но теперь в ней будто бы что-то поменялось. Испытание Доверием заставило посмотреть на всю сложившуюся ситуацию с новой стороны.
— Мы не можем, — категорично заявила она. — Не можем, Конде.
