Изрядно проплутав по пещерам и переходам и пройдя несколько ведущих вглубь лестниц, конвоиры остановились у ряда пещер, закрытых металлическими решетками.
«О, да. Стены местных казематов для меня уже привычнее родного дома».
Позволив бесцеремонно запихнуть себя в камеру, он первым делом уделил внимание санузлу в виде вонючей дыры, а затем присел на набитый соломой тюфяк. Вряд ли его притащили сюда, чтобы оставить гнить в подземной камере, так что Александр приготовился ждать привета от местного властителя. Следующий час он потратил на попытки вспомнить маршрут, пройденный по пещерным коридорам, на случай гипотетического побега, но быстро заплутал в мысленном лабиринте.
Надежды оправдались через полтора часа, когда те же или очень похожие стражи отворили решетку и вывели его в коридор. На этот раз они проследовали в верхние ярусы пещер. По мере приближения к вершине коридоры становились шире, появлялись следы отделки, а сквозь неприкрытые двери он видел богато обставленные помещения. Изредка он проходил мимо охранявших каменный лабиринт горцев, но других людей не встречал.
Коридор закончился у массивных дверей, распахнувшихся при их приближении. Открывшийся зал занимал три уровня горного комплекса. Стены были покрыты необработанными самоцветами вперемешку с кусками породы. Вместо люстр с потолка свисали вытянутые сталактиты. Высокий свод поддерживали массивные колонны, а поверху зал опоясывал балкон со стоявшими на нем вооруженными горцами.
В дальнем конце, на слегка обработанной каменной глыбе в виде трона, сидел безволосый старец в тоге из простого льна. Время над ним усиленно поработало, но в блеклых глазах все еще светилась сила разума и жажда жизни.
У стены, в окружении горцев, он увидел Эллис и Сола. Наконец-то Александр смог вздохнуть с облегчением. Не считая синяка под глазом, девушка казалась невредимой, а когда Эллис подбадривающе кивнула, он совершенно успокоился, и перед ним замаячила надежда выбраться и из этой передряги. Все кости Сола тоже были на месте.
«Хотя что я знаю о восставшем умертвии? Чувствует ли он вообще боль?»
– Возможно, мои люди переусердствовали и проявили грубость, доставляя вас пред мои очи. Однако вы сами вошли в их земли без спроса, – произнес старец. – Очередные герои, что бросились вершить подвиги направо и налево? Но вам, как я погляжу, сопутствует удача, раз вы смогли навестить почти всех моих старых знакомых. Многие из них совсем одичали за эти годы.
– Вижу, вы осведомлены чуть ли не лучше нас самих, – усмехнулся скелет.
– Мы не собирались вам угрожать никоим образом, – слова Александра вызвали смешок старика.
– И, поскольку мы полностью в вашей власти, позвольте поинтересоваться вашими намерениями, – закончила Эллис.
Старец, не торопясь, оглядел их всех, затаенно усмехаясь своим мыслям и иногда радостно кивая догадкам.
– Я знаю о вас даже больше, чем вы сами. Что уж говорить о деле, в которое вы ввязались. И, прежде чем мы решим, что будет дальше, вы услышите о том, что же было.
Посреди полусферы обзорного экрана из прозрачного материала стоял, задумавшись, высокий мужчина в темном костюме офицерского покроя. Капитан смотрел на раскинувшийся у его ног город. В преддверии сумерек повсюду зажигались мириады огней, и даже отсюда он чувствовал бурлящую жизнь этого человеческого муравейника.
Вошедшим в привычку движением капитан поправил фуражку, украшенную серебряными нашивками и символом Ордена. Спустившись на пару ступенек, он ступил на командный мостик нависшего над Ардасом боевого корабля флота. Вокруг суетился десяток помощников, рулевых и командиров служб. Уже неделю команда пребывала в полной боевой готовности, ожидая дальнейших приказов из Цитадели.
Имея за плечами многолетний боевой опыт, капитан чувствовал разлитую в воздухе тревогу и ловил напряженные взгляды. Ежедневно он запрашивал командование, но получал в ответ лишь пустые отговорки. Вынужденное бездействие претило его натуре. Лучше неравная битва с врагом, чем неделя, проведенная под прицелами орудий корабля и защитных башен возможного противника.
– Сэр, командор и отец-инквизитор ждут вас в каюте обсуждений, – доложил помощник.
Капитан прошел мимо отдавших честь солдат, стоявших на посту возле штурвалов, и отодвинул в сторону защитную переборку. На пару мгновений он задержал руку на обшивке корпуса, ощутив мельчайшую вибрацию работавших в глубине корабля двигателей. Дрожь и скрипы наполняли огромный крейсер подобием жизни. И сегодня ему должны доказать, что есть достойная причина рисковать кораблем и тремястами жизней на борту.
В каюте для обсуждений капитана ожидал командор и присевший в углу пожилой монах в рясе. Обменявшись приветствиями и почтительно склонив голову перед инквизитором, он расположился в кресле в ожидании долгой беседы.
– Сын мой, – произнес монах. – Все мы занятые люди на службе Ордена. Понимаю вашу обеспокоенность и благодарен за терпение.
