– Чудеса трансмутации, – пояснил Прометей обомлевшему Тар-Миону.
Стоило Александру отвлечься, как устройство в его руке начало меркнуть.
«Нет, нет, нет! – Он попытался отключить весь окружающий мир, что было куда как непросто. – Работай, кустарная подделка!»
Прометей протянул свою кристаллическую руку в сторону творений Тар-Миона. Оживленные доспехи завалились, словно марионетки с перерезанными нитками, призрачные твари рассеялись, смерчи обернулись затихающим дуновением.
Застывший мрамор вокруг Прометея потрескался и тут же разлетелся осколками. Легко выдернув себя из ямы, голем распрямился. Со всего тела, словно старая краска, осыпался металл, обнажая прозрачный материал.
– Живой конструкт из цельного кристалла осция, как тебе такой ход? – Прометей громогласно рассмеялся. – Шах и мат.
Прометей протянул руку к энергетической сфере посреди зала, и внутрь прозрачной конечности влился протуберанец чистого света. Все тело голема засверкало, словно алмаз в лучах солнца.
– Что стоишь? – поинтересовался Прометей у Тар-Миона. – Беги!
Но стоило волшебнику дернуться, как из кристаллического голема вырвались потоки темных лучей, в мгновение ока обхвативших чародея. Александр не знал, пытался ли маг сопротивляться. Хотя разве может мотылек соперничать с ураганом.
На Тар-Мионе мигом истлела одежда. Кольца, амулеты и ожерелья превратились в потоки пылающего металла. Рот чародея раскрылся в последнем крике, но не прозвучало ни звука. Плоть волшебника, словно морской песок под дуновением ветра, слетела с оставшихся стоять костей. А затем и скелет распался прахом. Через секунду на месте могучего колдуна осыпалась лишь кучка темной пыли.
«Единственное, о чем я прошу вселенную, пусть этот мир существует на самом деле. Пусть он продолжит быть, даже если я перестану, – прибор нагрелся, обжигая пальцы, и сквозь них пробивались лучи света. – Сейчас».
И он сделал первый шаг к голему.
Не успела осесть последняя частичка праха, как на него ступил покрытый металлом сапог. По лестнице вниз спускался механический рыцарь. Из сочленений и трубок вырывался перегретый пар, бронированные пластины были посечены и покрыты кровавыми подтеками. Со спины воителя из поврежденного устройства вырвался столб искр. Зажатый не знающими усталости пальцами, полуторный клинок сиял тусклым светом.
Свободной рукой рыцарь стащил с головы смятый шлем, дав ему скатиться вниз по лестнице амфитеатра. Во взгляде северянина не было ни капли ненависти.
Александр еще приблизился к голему.
«Этот мир не для нас, Прометей».
– Смертный, ты видел, что случилось с предавшим меня существом, – произнес голем. – И все равно идешь на верную смерть?
– Пусть я один, но за мной тысячи, – ровно проговорил рыцарь. – Пусть я погибну, нанеся первый удар, но он станет для тебя роковым. Мы Орден! Мы скованы одной целью!
Темные лучи вторично вырвались из кристаллического истукана. Тьма вонзилась в латы северянина, но на броне засияли ряды букв и символов, слагая слова заклинаний. Вскинув над головой меч, механический рыцарь понесся на Прометея, перепрыгивая целые пролеты.
– За честь и жизнь! – разнесся по амфитеатру крик.
Прозрачный кулак голема ударил в приблизившегося рыцаря. Сияющая броня прогнулась, пластины треснули, кольчуга под ним задержала натиск лишь на долю секунды, и багровая кровь пролилась на прозрачный кристалл.
Клинок описал дугу и со всей силы обрушился на левое плечо Прометея. Прозрачный кристалл в месте сокрушительного удара покрылся трещинами, и в стороны полетели искры света и росчерки тьмы. Потрясенный, голем зло зарычал и свободной рукой обрушил на пронзенного рыцаря добивающий удар.
«Сейчас! – Александр бросился к бывшему магу одновременно с северянином. – Только сработай!»
Безжизненное тело в разбитых доспехах обрушилось на пол амфитеатра.
Изумленный Прометей провел пальцами по покрытому трещинами плечу.
Удар сердца, прыжок. Пространство вокруг начало завихряться, далекие стены амфитеатра стали блекнуть. Он коснулся голема рукой с зажатым прибором. Но тут Прометей молниеносно развернулся, и его запястье было перехвачено.
– Неправильный выбор.
Страшный удар. Боль, пробившая ребра, ушла глубоко внутрь и разлилась по всему телу. Он рухнул на спину, не видя вокруг ничего, лишь ощущая пустоту в руке. И тут же боль превратилась в текущую по сосудам лаву, расплавляющую каждую клетку, выжигающую мысли, воспоминания, само сознание, оставляя лишь вечную бескрайнюю муку.
Он исчез. Перестал быть.
Удовлетворенно кивнув, голем сделал пасс руками, и амфитеатр вновь окутал барьер из непроницаемой тьмы.
– Пора родиться новому богу, – пророкотал Прометей, окунаясь в свет эфира.
С помощью модели Луи Матарини неотрывно наблюдал за идущим в небе над Ардасом сражением.
– Наш отряд сообщил точное местоположение лаборатории, ваше сиятельство, – отрапортовал подбежавший офицер стражи.
– Немедленно сообщите координаты капитану «Неустрашимого». Пусть не оставит там камня на камне, не обращая внимания на потери. Только так мы остановим…
