– Ты долго еще там будешь копаться?! – нетерпеливо заорал обезноженный скелет. – Решил гнездо себе свить на этом ржавом корыте?
Александр разметал последнюю кучу мусора и в ярости ударил оковами по борту гондолы. Корпус отозвался предостерегающим скрежетом, и в грузовом отсеке что-то обрушилось. Поняв недвусмысленный намек, он перебросил через плечо костяные ноги товарища и осторожно двинулся к освобожденному оконному проему.
«Ножовка могла просто вылететь наружу. Да, точно, так оно и произошло. Стоит спуститься и поискать в подлеске», – хотя в такие чудеса он уже и сам не верил.
По пути Александр задержался у кресла и отвязал рукава сюртука. Множество мелких дырочек, грязные пятна и почти оторванный под мышкой рукав. Тем не менее его стоило вернуть Лакрошу.
«Хватит с меня полетов на эту неделю», – на прощание он огляделся и начал протискиваться в выбитое окно гондолы.
Костяная ступня как назло зацепилась за раму, и пришлось осторожно отцеплять белесые фаланги от покосившейся железяки. Над головой нависли замершие винты двигателя. В кронах деревьев за лопастями тянулась целая просека.
«Будет что собрать для костра», – из-за закрывшей небо оболочки аэростата казалось, что уже наступили сумерки.
Разорвав рубашку об острый сучок, он все-таки ухитрился перелезть на соседний дуб, капитально пострадавший в результате авианалета. Дерево лишилось половины кроны, посреди ствола из-под содранной коры проглядывала сердцевина, зато чуть выше вверх тормашками висел вампир.
– Брось ты его! Он мертвый, и ему уже все равно! Может висеть хоть до следующей пятницы.
– Ты сам живой, что ли?
Александр задумчиво поглядел на неподвижное тело, пробитое торчащей сквозь манишку веткой, но потом все же полез вниз.
– Я мыслю, следовательно, существую! Кроме того, разве он кричит или просит о помощи? Значит, ему и так хорошо!
«Проблемы надо решать постепенно. И первым делом надо угомонить причитающего над своими конечностями костяка. И как пустота в черепушке может порождать такой поток красноречия?»
– Да прыгай уже! Там всего три метра!
«Ну уж нет, – Александр осторожно присел на трещащей ветке, ухватился руками за ствол дуба и лишь тогда спустил вниз ноги. – Сам знаю, как бывает. Удачно прыгаешь с головокружительной высоты, а потом поскальзываешься на ровном месте и ломаешь ногу».
Оттолкнувшись, он спрыгнул на землю. На какую-то секунду даже устоял на ногах, но потом грохнулся на задницу в кучу листвы. Дурацкие кандалы мешали стать акробатом.
– Ни грации, ни пластики, – усмехнулся выглядывающий между корнями череп.
Россыпи камней и пожухлая трава как нельзя лучше гармонировали с останками скелета. Так и хотелось взять лопату и захоронить беднягу.
– Видишь свои ноги? – Александр потряс костяшками над алебастровой макушкой. – Они сейчас от тебя уйдут вместе со мной.
– Тогда я буду преследовать тебя в ночных кошмарах до конца твоей жалкой жизни, – огрызнулся мертвяк, возведя свой торс вверх на руках.
– Ну напугал! Будто ты и так не ошиваешься со мной круглые сутки. Как будем тебя чинить?
– Ты уже однажды собирал меня по кусочкам, забыл, что ли? – Сол замахал руками, показывая, куда надо пристроить его тазобедренную кость. – Ровнее клади, криворукий!
Александр как мог точнее приставил позвонки друг к другу. Как только меж костями начали мелькать черные искорки, пронизывая позвоночник некромантским шитьем, он тут же отпустил останки.
«Интересно, а если развернуть его ноги задом наперед? Срастутся ли они тогда? Вот была бы потеха».
– Да уж, из-за этой черной магии ты практически бессмертный. Я еще в прошлый раз дивился, как тебя легко собрать заново.
– Черная… белая… главное, чтоб работала! – Сол отмахнулся, не сводя темных провалов глазниц со срастающихся позвонков. – Цвет сборки имеет значение только для эстетов. Мы сейчас во Второй дуге, и природного Эфира здесь предостаточно. Кроме того, важно время, прошедшее после перелома. Однажды я неделю не мог найти подходящее ребро, так потом пришлось с месяц носить повязку из зачарованной глины, пепла каких-то мудреных свечей, выжимки полуночных трав и так далее. Да и содрали с меня за эту процедуру бальзамировщики знатно. Причем, скорее всего, подсунули обычный, только раскрашенный чернилами гипс. Чтоб этих спекулянтов русалка хвостом по морде отметелила!
Сол напряженно уставился на вновь обретенные конечности. С минуту ничего не происходило, а потом костяная фаланга большого пальца на левой ноге дернулась. Костяк легко зарычал сквозь стиснутые зубы, и в ответ зашевелилась вся ступня.
– Так-то! – Обе ноги медленно подтянулись к туловищу скелета. – Стар я становлюсь для таких фокусов. Время не щадит даже самых достойных…
– Угу, нам вон еще одного самого достойного снимать надо.
– Проведение спасательной операции разрешаю, – важно кивнул костяк. – Приступай.
– Только как его оттуда спустить?
Гном повис на ветвях дуба чуть выше гондолы. С одной стороны, Александру повезло: крепкие ветки, удобно расположенные, шли до самой вершины. Однако его руки все еще никто не освободил.
