В закрытой башне я услышал странное бормотание, которое пробивалось сквозь шум разыгравшейся внизу битвы. Я не смог разобрать слов, однако оно до боли походило на молитвы шаманов, что устраивали свои богомерзкие ритуалы в голове колонны. Переглянувшись со своими спутниками, я выразительно кивнул на свой меч. Бойцы согласно кивнули и крепче обхватили рукояти.
Набрав побольше воздуха в грудь, я изо всех сил пнул дверь и ринулся внутрь.
Глазам открылось помещение с рядом бойниц во все стороны света. В полумраке комнаты, освещенной лишь несколькими тусклыми свечами, я увидел целую груду тел, небрежно сваленных в самом ее центре. Стрелки Восьмого полка с застывшим на лицах выражением нечеловеческого ужаса слепо уставились в потолок. На груди каждого из них виднелся широкий разрез, а разверзстые ребра напоминали жуткие руины давно забытых городов.
Вокруг погибших воинов регулярной армии Ригиторума собралось чуть больше десятка омерзительных шаманов, которые лишь отдаленно напоминали представителей рода людского. Извращенные тела; испорченные шрамами и кровавыми украшениями лица; грязная кожа, истыканная перьями, костями и прочей атрибутикой. Дополняли картину свежие человеческие сердца, которые по-прежнему источали горячую кровь. Потоки этой крови стекали по воздетым к потолку башни рукам, обагряли грудь шаманов, пропитывая их пернатые накидки.
С губ заклинателей продолжали слетать слова жуткого наговора, но увлекшиеся колдовством шаманы даже не заметили нашего появления. Обрадовавшись возможности внезапной атаки, я не раздумывая бросился на ближайшего противника, замахнувшись клинком.
Но нас заметил кто-то другой.
Первые лучи нового дня с трудом достигали мостовой Минакса. Слабому рассветному солнцу не доставало сил разогнать мрак в клубящемся смоге столицы Ригиторума. Запахи, доносившиеся из промышленных кварталов, забивали ноздри, однако я уже давно привык к особенностям здешней жизни. В отличие от многочисленных приезжих, мне даже удавалось сдержать мучительные позывы к кашлю.
Я шел по набережной реки Итерии в сторону центрального района города, к подножию Горы. Берега реки были давным-давно одеты в гранит, чтобы бурные по весне водные потоки не подмывали фундамент близлежащих домов. Говорят, что в Итерии водилась крупная речная рыба, и во времена оно Минакс жил за счет доходов от ловли. Впрочем, последние несколько веков вода в Итерии была настолько грязной, что вряд ли там оставалось хоть что-то живое. Порой мне казалось, что стоит лишь нырнуть в мутную черную реку с головой, и выбраться на поверхность уже не удастся.
Усмехнувшись своим мыслям, я поднял глаза от водной глади и увидел, что на меня вот-вот наедет крестьянская телега с овощами. Задремавший извозчик выпустил поводья из рук, и подслеповатый ослик свернул прямо в сторону реки. Высокий каменный бортик вдоль всей набережной не позволит телеге опрокинуться в Итерию, но может здорово меня к нему припечатать.
— Очнись, отец! — громко крикнул я, придержав ослика за голову. Животное недоуменно остановилось, глянуло на меня затянутым бельмом глазом и отвернулось.
— Чего разорался? — удивленно вскинулся пожилой мужчина, после чего подхватил поводья и тронулся в путь. — Вижу я все.
— Ну как знаешь, — хмыкнул я. — Из Итерии твое гнилье никто вылавливать не будет, — прокомментировал я плохонький товар крестьянина, на котором вовсю пировали мухи.
Пропустив выкрик мужика мимо ушей, я обошел тронувшуюся повозку и продолжил путь. По правую руку, на другом берегу реки, тянулись однотипные трехэтажные домики, прозванные в народе “генеральскими”. Далекий предок нынешнего короля, которого тоже звали Десмос, боялся притязаний на трон своего младшего брата. Решив расположить к себе армию, король снес плохонькое жилье простых горожан и выстроил добротные каменные здания для армейской верхушки. Какое-то время они действительно выполняли свою функцию — высшие офицерские чины военных сил Ригиторума проживали на правом берегу Итерии, в нескольких минутах пешей ходьбы от канатной дороги на Гору. Ставка командования также переехала к подножью, поэтому все военные советы проходили в Минаксе, в то время как королю отправляли лишь самые важные отчеты и документы на подпись.
