Подойдя к её дому я… Что же ещё? Расплакался. Ссаная тряпка, кому я такой вообще нужен буду? Моя сущность столь же неполноценна, будто хлеб без корки. Я – мякиш, что должен быть покрыт снаружи чёрствой, грубой коркой, дабы нежное внутри, было трудно проломить сквозь хлебную броню. Я обжигаюсь каждый день, но от этого всегда сгораю, а не закаляюсь.
Я глядел на её окна, где ещё двадцать часов назад сидела она, была на нервах в ожидании отъезда, собирала вещи, прощалась с близкими. Сейчас её там нет. Привязанность очень опасная вещь, и я желаю каждому возненавидеть это деструктивное чувство. Чувствовать её к людям – самая неблагодарная вещь в этой Вселенной. Почему? Потому что люди – *** на блюде.
Я сидел на скамейке, записывал голосовое сообщение в «Телеграме» с соплями и слезами, слушая песню «Закрой за мной дверь» группы «Синдром Восьмиклассника». До чего больно вспоминать это. Ссаная любовь к людям, проявляющаяся у меня крайне редко, но очень метко, пронзает меня насквозь, задевая все органы, обливая кровью организм изнутри. Такое яркое проявление обусловлено пассивной и постоянной ненавистью ко всему. На этом контрасте, даже малейшая привязанность, выливается в патологию.
Качели. Сейчас я видел их. Вообще, они приковали мой взгляд всю жизнь. Никогда я не мог просто пройти мимо них. Сидеть статично на скамейке, в голове вспоминая её красоту было невыносимо. Красота выражалась не только во внешней оболочке, отнюдь. Содержалась она ещё в помощи ко мне, которую я всегда крайне крепко держу в руках, оттого, что очень ценю эту редкую в наше время субстанцию. Затмить неподвижное времяпровождение я решил этими милыми качелями на цепях. Коленные чашечки образовали прямое положение ног и доставили меня с едва приподнятым настроением на этот любимый аттракцион детства. Настроение было ужасным, однако, когда я начал качаться, на моём лице стала появляться мимолётная, ничем не объяснимая, будто бы истерическая улыбка. Нет, не от качания, именно ничем не объяснимая, кстати после которой моё лицо вновь покрылось красным цветом, а из глаз пошла утренняя роса, ведь уже начинало светлеть, май как никак.
Рефлексия вновь пошла в бой. Мысли о том, что никогда никому такое мягкое тело, готовое расплакаться в любой момент от любого пустяка, зачастую, конечно, вызванного близкими и важными людьми – не будет нужно. И удивляться тому, что близкие люди от тебя отказываются, потому что ты надоел своим беспочвенным нытьём, или просто перестал вызывать интерес, потому что вылив всю боль и нутро, перестал быть интересным – очень тупо.
Фантазируя о будущем, я пришёл к тому, что хочу стать известным публицистом или оратором, чтобы говорить людям простые, а может и не всегда простые истины, от которых будет жить всем легче. Наивно и глупо это желание, ибо люди всегда отличались своей инфантильностью, проявляющейся в неумении учиться на чужих ошибках.
Но.
Ведь это фантазия, а фантазия может быть утопией, где я – авторитетный автор, которого слушают люди, создающие заповедники, которые не издеваются над животными и над друг другом, где никто не ворует и не хамит, где погода всегда солнечная, но не жаркая.
Фальшь.
Единственное, что я хочу на самом деле, это действительно стать кем-то, чьё влияние не будет никогда никем обесценено, и первый шаг к этому – это создание спектакля.
Первый шаг – маленький шаг.
Главное не опускать руки. И никакие девушки, подруги, друзья, не остановят моё бешеное влечение к созиданию. Более того, именно разрушительные, грязные, больные эпизоды моей жизни и дают мне сил творить. Ведь, хах. Я создан страданиями, живу страданиями, несу страдания, и умру в страданиях. Боль и кровь, эстетика которых мне бесконечно импонирует, видимо и даёт мне сил создавать новое говно медиапространства. Из продуктов подобного паттерна не построишь что-то светлое, поэтому всё, что я создавал, создаю и хочу создавать, всегда имеет эстетику смерти, страха, агонии, желчи с кровью. Всегда через подобное творчество я выражал протест, важные мысли, тезисы, однако из-за оболочки, люди не желают смотреть глубже и анализировать, ведь правда сурова, а снимать свои фиолетовые очки, чтобы развидеть скрываемое всем вокруг, они не желают. Да, что уж говорить, люди не желают изучать, узнавать и разбираться даже в том, что и не скрывается, даже в том, что им интересно.
Это всё неважно. Люди кто? Люди – _ _ _ _ _ _ _ _ _ _
Цепочка этих мыслей породила во мне крупное желание, уже самостоятельно, без друзей из театра, написать сценарий спектакля. Именно поэтому я вытер влагу с лица, включил песню «Я убью себя» «Славы КПСС», искренне улыбнулся, ведь эта песня всегда дарит мне настроение, и отправился домой, читать книгу Игната Валерьянкина, чтобы получить дозу вдохновения.
