Позже неоднократно предпринимались попытки поставить настоящую Сторожу, однако валашские старосты и воеводы, мадьярская знать и королевские ставленники-надоры, попеременно овладевавшие цитаделью, недолго удерживали её за собой. Каждый новый хозяин Сторожи не упускал возможности потребовать у угорского короля неслыханных вольностей и привилегий, намекая на то, что опасный проход может ненароком и «открыться». Но всегда находился более сильный противник, стремительным штурмом или осадой захватывающий крепость на скале. После чего к королевскому двору мчались новые гонцы с новыми просьбами. С просьбами, больше похожими на ультиматум.
«Правильно всё-таки делает мудрый Олекса, что всячески скрывает русскую Сторожу и хранит тайну проклятого прохода, — подумал Всеволод. — Иначе наши князья тоже натворили бы бед»
— На чьей бы голове не находилась угорская корона, Его Величество снова и снова стращали оборотнями-вервольфами и ещё более жуткими тварями, пьющими человеческую кровь, как воду. Я говорю сейчас о нахтцерерах, блаутзаугерах или нахттотерах [9], — поспешил пояснить тевтон. — В разных землях их называют по-разному. Трансильванцы именуют их стригоями, а вы, русичи…
— Упырями, — глухо произнёс Всеволод.
Конрад кивнул.
— Пугали угорских королей и повелителем тёмного воинства Нахтриттером — Рыцарем Ночи, у которого тоже много имён: Шоломонар, Балавр, Чёрный Господарь, Чёрный Князь… Но суть в другом: все эти угрозы имели под собой реальную почву. Любой посвящённый маг или колдун, в чьих жилах есть хоть капля крови Изначальных, действительно, мог вскрыть однажды уже взломанную и наспех залатанную границу. И тем самым вызвать новый Набег.
Постепенно эрдейская Сторожа перестала быть таковой и превратилась в средство давления на монарха. Грызня между вельможами, баронами и воеводами Трансильвании за господство над проклятым проходом не прекращалась. Шантаж усиливался. Разумеется, подобное положение дел не устраивало королевскую власть. Вот основная причина, по которой Андреаш Второй пригласил в Эрдей рыцарей ордена Святой Марии — надёжных, не погрязших в местных дрязгах, знающих, как хранить границу миров и бороться с тёмными тварями, а главное — хорошо представляющих себе ужасные последствия Набега.
— Немецкие крестоносцы были настолько хорошо осведомленны? — скептически спросил Всеволод.
— Разумеется, — усмехнулся тевтон. — У каждого ордена имеются свои секреты. Наш — не исключение. Во-первых, орденские братья много странствовали, по крупицам собирая тайные знания. Во-вторых, рыцари неустанно истребляли зловредных колдунов и магов, огнём и калёным железом принуждая их открывать перед смертью самое сокровенное. В-третьих, орденские библиотеки постоянно пополнялись найденными в хранилищах чаротворцев колдовскими книгами, свитками и гремуарами [10], которые надлежало не бездумно сжигать, но при необходимости использовать во благо. Кроме того, случалось, что белый плащ с чёрным крестом надевали уже посвящённые в древние тайны рыцари. Именно такой человек привёл братьев ордена в Трансильванские земли.
— Кто он? — заинтересовался Всеволод.
— Мастер Бернгард, — с неожиданным благоговением произнёс сакс. — Для нас он то же, что для вас старец-воевода. Учёнейший муж, доблестнейший рыцарь, опытнейший управитель. Мудрец, изучивший великое множество трактатов. Воин, неустрашимый и неодолимый в бою. Магистр и член генерального капитула [11] братства Святой Марии. Он по сию пору возглавляет нашу Сторожу, и, если Господу будет угодно, ты ещё встретишься с ним.
— Дай то Бог… — вздохнул Всеволод.
— Бернгард занял старую крепость, на границе между мирами, — продолжил свой рассказ Конрад, — а после очистил окрестности от ведьм и колдунов, дабы в орденских комтуриях не оставалось ни единого человека, владеющего хотя бы малой толикой магической силы и способного открыть проклятый проход. Любое колдовство было запрещено под страхом смерти, а пришлых чародеев полагалось после пыток и дознания предавать очистительному пламени.
На месте древней цитадели мастер Бернгард выстроил новый замок. Большой и неприступный, способный отразить нападение с любой стороны и выстоять перед любым врагом, будь то люди или нечисть.
— Чёрный Замок… э-э-э… Серебряные Ворота? — уточнил Всеволод.
— Именно. Ворота, оберегающие проход между двумя обиталищами. Позже в Трансильванию прибыли другие орденские отряды и появились другие замки. Со временем порядок в эрдейском краю был наведён. Страх перед запорубежными тварями забылся. Дикая земля стала землёй благословенной. В угорские комтурии братства Святой Марии потянулись германские госпиты [12]. Крестьяне, ремесленники, благородное рыцарство. Семь основанных ими городов дали Трансильвании новое название — Семиградье. [13] Закипела торговля. Эрдей начал богатеть. И если бы не непонимание, возникшее однажды между Великим Магистром и королём Андреашем…
— Непонимание? — переспросил Всеволод. — Орден что, предъявил свои права на земли Залесья? Или отказался подчиняться угорскому королю?
Немец отвёл взгляд:
