Я показал «лунный свет». Больше я в нем не нуждался. Гаваец бросил на арт мимолетный взгляд, назвал цену и скрылся в лавке. Там он уложил бронежилеты, щелкнул замком двери и подошел к окну кассы.
— Ну, давай свое добро.
В зал вошел Альт, мученически простонал:
— Гаваец, еды и воды. Огненной.
— Аллоха! Друзья, на вас больно смотреть.
Я почесал щетину и пробормотал:
— Я б тоже не отказался чего-нибудь выпить.
Мы с Альтом уселись за один стол. Пустовал он недолго. Подняли стаканы, я воскликнул:
— С Новым годом!
Альт схватился за голову, прошептал:
— Потише. С Новым годом.
Чокнулись, хлопнули, стукнули, закусили.
— Что делать будешь? — спросил Альт.
— В смысле?
— Ученые не оправдали твоих надежд. Опять будешь неистово прочесывать аномалию за аномалией?
— Нет, я покидаю Янов.
Альт одарил меня проницательным взглядом, выдержал паузу и произнес:
— Значит, все-таки нашел, что искал.
Подумав, я кивнул.
— И след бандитов ты не потерял, — констатировал сталкер.
Я снова кивнул.
— Ты должен вернуть артефакт ученым.
— Позже, Альт. Верну, можешь быть уверен. Но позже.
— Они работают над значимой проблемой.
— И могут немного подождать. В отличие от меня. Ты ведь знаешь, Сердце Оазиса — моя соломинка. Как ты говорил, когда мы нашли чужой тайник? Что упало, то пропало?
Альт скривил нос, закусил губу, сказал озадаченно:
— Патовая ситуация. Новиков — мой друг. Если я буду молчать, я предам его. Ты, чертяга, тоже хороший человек. Сдать тебя — опять стать предателем.
— Я же сказал: верну. Как только узнаю, что мои девочки здоровы.
Мускулы на лице Альта дрогнули. Видимо, он вспомнил собственную семью.
— Ладно, — решил он, — я верю тебе. У тебя честные глаза. Но как ты собрался доставить артефакт?
— С твоей помощью, — пожал я плечами.
— Рассказывай, — вздохнул Альт.
Я поделился планом действий, в котором уготовил сталкеру роль проводника. Альт некоторое время осмысливал, потом спросил:
— Сердце Оазиса — большой соблазн. Ты уверен в своем друге?
— Если не преданность, то страх заставит его сделать то, о чем я попрошу. Я вернусь домой и найду его, где бы он ни был.
— Что ж, дело твое. Я бы на твоем месте скрыл сущность посылки. Передай ему запечатанный контейнер и скажи, что внутри лекарство от рака, не более. Насколько я знаю, силу Сердца Оазиса можно ощутить, только дотронувшись до него. Сквозь свинец его излучение не проходит.
— Верно. Султан носил его на шее, как амулет.
— Когда выходим?
— Как град кончится.
Альт состроил кислую мину. Я его понимал. После бурной ночи хотелось только валяться на матрасе да спать, но с Сердцем Оазиса за пазухой задерживаться на Янове нельзя.
Легкое постукивание по полу заставило нас отвлечься. К нам подошла Миледи. Вялая, будто тоже с перепоя. Обожралась, видать, объедков.
— Миледи просит передышки, — невинно заметил Альт.
— В пути отдохнете.
— Злой ты, Поп, злой, — с деланной обидой сказал Альт и протянул Миледи кусочек колбасы — волчица с отвращением отвернулась.
— Надо выводить вас отсюда, — засмеялся я, — не то закормят до смерти.
Из восточного крыла выплыл, словно призрак, Локи. На него было жалко смотреть. Он причалил у кассы, тихо спросил, не осталось ли чего со вчерашнего. Гаваец выставил на прилавок полупустую бутылку «Зорек», банку консервов с прореженными рядами кильки и несколько надкусанных ломтей белого хлеба. Локи взглянул на торговца, как голодный щенок на мясника. Гаваец виновато пожал плечами, Локи горестно вздохнул и, лавируя между опрокинутыми стульями и спящими телами, сел за столик напротив нас.
— Как мало порой человеку надо, — посочувствовал «свободовцу» Альт, — всего-то пыхнуть разок, и расцветет.
Я и сам не отказался бы пыхнуть. Не дури, конечно. Обычных, убивающих лошадь. В пачке болталась последняя.
— Надо бы подзакупиться, — рассудил я вслух.
— Главное, воды натопить. Прочистим в пути. Кто знает, что нас ждет в Рыжем Лесу. Еду добудем в деревне.
&nnbsp Град стихал. Дробь из яростной перешла в неуверенную, потом скромную, после чего умолкла. Гаваец запер свою каморку, позвал нас с Альтом на помощь, чтобы затащить бочки с улицы в зал. Покончив с работой, Альт наполнил градинами термос и спросил:
— Гаваец, есть пластиковая бутылка?
— У меня, как у того Плюшкина, все есть, — гордо заявил торговец.
— Все мы, дети Союза, — плюшкины, — пробурчал я.
Удивительно, но за бутылку Гаваец денег не взял. Наверное, посчитал ее как плату за помощь. К сожалению, за сигареты и еду пришлось раскошелиться.
— Ну, готов? — обратился я к Альту.
— Все при мне. Большого скарба не имею.
— Тогда пошли.
— Надолго? — словоохотливо поинтересовался торговец.
— Прощай, Гаваец, — ответил я и протянул руку.
Глаза торговца расширились, потом сузились, губы сжались.
— Значит, на Большую Землю, — догадался Гаваец. — Понимаю, понимаю. Ну, давай, — хлопнули ладонями. — Как говорится, если что, заходи. Рад знакомству, Поп.
— Уходите, — вяло промолвил Локи. — Если повстречаете кого из моих братьев, там, снаружи, пусть пришлют чего-нибудь веселенького. О’кей?
