Альт отвинтил крышечку — пахнуло коньяком, глотнул, поморщился, сделал еще глоток, закрыл на пару секунд глаза. Потом передал мне. О, как же хорош коньяк для обледеневшей души! Ноги так промерзли, что, казалось, стукни — расколятся, как сосульки. Вот тогда я понял тех несчастных, которых гонял по этапам Сталин. Эффективный менеджер, земля ему битым стеклом.
Я нехотя отдал флягу и закурил. Этого мне тоже сильно не хватало. Вообще, зря я стал курить в Зоне. Совсем охрип. Радиация сама по себе голос садит, а курением еще больше глотку раздражаешь. Домой вернусь, пообещал я себе, обязательно брошу.
-&nbnbspЧто вас привело сюда? — спросил дружелюбно Седой.
— Говорят, Куцый где-то тут обосновался, — ответил Альт.
— Да, в клубе засел. Охрану себе завел: два амбала, Бык и Слон. Один из спецназа, другой — мясник бывший. Морды такие, будто по кирпичу во рту держат. Да что толку, когда военных и пальцем тронуть нельзя.
— Опять неудачное место выбрал?
— Под носом у военных. Там Бурнов доил, здесь ротный, Адамов.
— А что сталкеры?
— Брату нашему расти не дают. Пяток сталкеров еще позволителен, больше — армия, арестуют. Так что молодых прячем да процент с хабара платим. Вы-то постарайтесь на глаза воякам не попасться, а то молодняк еще пострадает.
Один из ведомых Седого достал губную гармошку, только поднес к губам, как по ним же и получил.
— Сдурел? — возмутился Седой. — Хочешь патруль на нас навлечь? Учишь вас, учишь. Сколько раз говорил: из деревни вышел — никакой музыки, разговоров. В Зоне нужно держать ухо востро, понял?
Молодой быстро-быстро закивал. Второй прятал злорадную улыбку, радовался, что сглупил не он. Седой тут же приметил это и с угрозой спросил:
— Чего скалишься? Думаешь, в цирк попал?
Ведомый покраснел, принял важный вид.
— И часто военные в деревню наведываются? — спросил Альт Седого.
— Да как скучно станет. Они-то недалеко расположились: на западе, где колхоз раньше был.
— Альт, может, я один пойду? — предложил я.
Я рисковал много меньше сталкера. Альту же на снисхождение военных рассчитывать не стоило. Миледи могли и вовсе убить.
— Ты меня принимаешь за того, кто дворнягу волком считает? — оскорбился Альт. — Для того ли я пересек Зону, чтобы в кустах отсиживаться? К тому же ты легко можешь наделать ошибок. Сталкеры — люди нервные, а ты — вылитый военстал. Я с тобой до конца, смирись с этим.
— Я не против, успокойся. Только подумай о том, что будет после.
В вопрос я вложил двойной смысл. Альту лучше не светиться со мной, когда я буду забирать у сталкеров Куцего. Если Альт, конечно, собирался остаться в Зоне.
— Помнишь наш разговор в Припяти? — спросил я.
Отчего-то вдруг стало жаль Альта. Он ведь был еще молод, а, считай, хоронил себя заживо. Я не верил, что доброму, смекалистому, храброму человеку нет места на Большой Земле. Наш совместный путь подходил к концу, и я должен был сделать все, чтобы образумить сталкера.
— Почему бы тебе не вернуться к семье, Альт, не вернуться к нормальной жизни? Кордон совсем близко.
Альт помрачнел, слепо уставился на огонь. Седой выглядел озадаченным.
— Альт, разве у тебя на материке кто-то остался? — осторожно спросил Седой.
— Ну, как же, он ведь деньги жене перечисляет, — ответил я за Альта.
— Альт, ты ведь нам говорил, что у тебя никого нет.
— Были, — тихо произнес Альт.
Мы замолкли, даже Миледи словоохотливо наклонила голову набок.
— Однажды в мой дом сунулись боевики, — начал Альт сдержанно, не отнимая взгляда от костра, — просили временного убежища. Я, конечно, отказал. Боялся, что они навлекут на семью проблемы. Их приютили через два дома от нас. За боевиками пришли люди из МВД. Им я ничего не сказал, не хотел вмешивать семью ни во что. Думал, останусь в стороне, и беды меня не коснутся. Я ошибся. На следующий день боевики попытались покинуть город, а полиция попыталась их задержать. Началась перестрелка. В центре города. Жена с дочерью как раз возвращались домой из супермаркета. Жену убило сразу, шальной пулей. Дочь зацепило, и пару дней она мучилась в больнице. Аллах покарал меня за равнодушие и трусость.
Я долго подбирал слова, но в результате так и ничего не придумал, кроме банального:
— Ты не виноват.
Альт яро мотнул головой и остервенело возразил:
— Виноват!
— Ты можешь начать все с начала.
— А ты бы смог? — сталкер уперся в меня взглядом. — Так и думал. Я — лишний человек, Поп, а Зона — это остров лишних людей. Тут мое место, тут моя жизнь.
Надо было бы поспорить, но я ораторским искусством никогда не отличался. Да и не знал, как поступил бы, если бы потерял Люду с Машей. Может, снова вернулся бы в беспробудное пьянство. Может, сбежал бы от близких и родных, знакомых в одичалую землю, где за каждый день надо бороться. Зона — отличное место для самобичевания и самозабвения. Проблема выживания, как алкоголь, занимает всю голову, отнимает прошлое и будущее. Ты — это только то, что есть сейчас, здесь.
