– Спасибо. Вообще-то, я учился риторике, и, если у меня не было повода примени… – Он осекся на полуслове и прищурился, чуть склонив голову и изучающе уставившись на Анселя. – Погоди, ты что, был на собрании? Я тебя не видел!
– Я просто не хотел отвлекать своим присутствием.
– Ты что, был там все время?
– Я был там… достаточно, – смиренно кивнул Ансель.
Гийом вздернул подбородок. Эта манера учителя с первого дня знакомства вызывала в нем одновременно недоумение и восхищение. Поймав себя на этой смеси чувств, Гийом улыбнулся и качнул головой.
– Я считал себя внимательным. А скрытного Анселя де Кутта, выходит, не заметил.
Ансель ничего не сказал, лишь небрежно передернул плечами.
– Что ж, значит, мне не придется тебе ничего пересказывать. Тем лучше! – продолжил Гийом. – Я вот о чем хотел поговорить: боюсь, на несколько недель придется прервать тренировки, поскольку у меня не будет на них времени. Либо я буду валиться лицом в грязь. Во всех смыслах. – Он снова хмыкнул, в очередной раз подивившись своему непривычно приподнятому настроению, в котором ему показались забавными даже прогнозы собственных неудач. – Но это ненадолго, имей в виду! Скоро я привыкну, и тогда… К тому же, у меня есть еще несколько идей!
– Ненадолго… – Ансель посмотрел на ученика, задумчиво повторив за ним. – Что ж…
Едва ли не впервые на памяти Гийома Ансель замолк на полуслове и предпочел не договаривать, хотя, по обыкновению, он либо выдвинул бы взвешенный контраргумент, либо выдал лаконичное обоснование правоты своего ученика.Гийом взглянул на него с подозрением.
– Что? – с вызовом спросил он. – Ты мне не веришь?
– Верю, – улыбчиво покачал головой Ансель. – Просто стараюсь привыкнуть к новостям. Четыре года назад я пришел сюда учить фехтованию мальчика, а теперь чувствую себя немного странно, понимая, что ты – не «мальчик», а граф де'Кантелё. Полноправный хозяин своей земли.
Гийом понимающе фыркнул.
– Думаешь, меня так увлечет управление землей, что я позабуду обо всем остальном? Потому что я мечтал об этом всю жизнь? Не скрою, я действительно мечтал об этом. Но брось, Ансель! Ты, что, подумал, я выгоню тебя, потому что на некоторое время перестану учиться фехтованию? – Он усмехнулся. – Нет уж, мне еще многому нужно будет научиться! К тому же идет война. Когда совершенствовать воинские навыки, если не сейчас? Да и, – граф стал чуть задумчивей, – строительство той… ну, ты знаешь,
Ансель некоторое время молча смотрел на него, будто пытаясь найти подвох в его речах, затем хмыкнул.
– Не брошу, – вздохнул он, встрепенувшись. – Прости, что поддался унынию. – На его лице вновь появилась слабая улыбка. – Не скрою, я уже начал размышлять, где еще мог бы поселиться, чтобы не стеснять здесь никого своим бессмысленным присутствием.
– Подумывал перебраться в Руан? – ядовито усмехнулся Гийом. – Поближе к своим ученикам-инквизиторам? Воистину, я еще не видел человека, который бы так пекся о чужом удобстве: им действительно будет проще арестовать тебя прямо в Руане, а не ехать для этого в Кантелё.
Ансель недовольно нахмурился. Слова ученика задели его – спасла лишь мысль о Вивьене Колере, который до сих пор свято блюл свое обещание.
Заметив, что учитель погрузился в свои раздумья, Гийом примирительно кивнул.
– Ладно, я знаю, ты со мной не согласен, – усмехнулся он. – Ну и черт с ним! Говоришь, что поддался унынию? Так вот бросай ты это дело, вот, что я тебе скажу! – Он закатил глаза, произнеся последние слова тоном сварливого старца, заставив Анселя улыбнуться. – У меня тут есть еще несколько идей, о которых я упоминал. Знаешь, я собираюсь, – он чуть помедлил, – перестроить и укрепить дом и некоторые близлежащие территории. Я хочу з
– Чем же? – Ансель недоуменно приподнял бровь.
– Нанять хороших каменщиков. Последить за их работой. Кроме моего отца, который уехал, никто из местных никогда не видел замков! – Гийом нервно ухмыльнулся, пожав плечами и разведя руки в стороны. – В Руане их нет, и стены города частично разрушены. Не слишком показательный пример. Самое внушительное здание, которое я видел – это Нотр-Дам-де-Руан, да и тот не достроен. А ты многое повидал. Ты ведь жил в Каркассоне. Я слышал, это очень хорошо приспособленное к войне место.
– Приспособленность не всегда спасала его от беды. – Ансель опустил глаза в пол.